Так что говорить вы будете со старшим рода.
— С Ольгой?
— Нет не с Ольгой. Старший рода — родственник девушек, — пояснил даже с некоторым сочувствием Клим.
Вот только в сочувствии и сострадании Даниял сейчас нуждался меньше всего. Он посмотрел на удаляющуюся фигурку с двумя малышами и разжал кулаки.
— Ладно, пусть будет со старшим. Я согласен.
Глава 38
Дан ни на одни переговоры так не собирался, как на эту вечернюю встречу. Он уже второй час торчал в гардеробной, меняя рубашки, костюмы и галстуки. И хоть сам понимал, насколько ненормально выглядят со стороны эти затянувшиеся переодевания, но они помогали хоть немного справиться с нервозностью.
В очередной раз сменил светлую рубашку на темную, затянул узел галстука и уставился в зеркало. Увиденное не понравилось от слова совсем. Горящие глаза, взъерошенная шевелюра, а дальше безупречный деловой образ.
Лично он с подобным типом не стал бы договариваться даже о покупке ларька, а ведь он собирался убедить старшего рода — даже не убедить, а упросить, уговорить — позволить ему общаться с собственными детьми.
Позволить признать их, принимать участие в их жизни. А кто доверит детей человеку с такой внешностью?
Сам Даниял ни за что бы не доверил, наоборот, гнал бы в три шеи. Он не знал, с кем придется вести разговор, но была надежда, что это достойный и уважаемый человек. Дана рассказывала, что у них с родственниками отца были какие-то распри, но может прошло время, и отношения наладились?
В любом случае, Аверин обязан был его проверить, оставалось надеяться, что здравый смысл победит, и родственник девушек хотя бы выслушает Данияла.
Содрал галстук, через голову стянул рубашку и отбросил в сторону. Брюки сменил на джинсы, выбрал черную футболку с логотипом бренда и пригладил волосы рукой. Ну вот, так-то лучше. По крайней мере, ушло ощущение некачественного фотошопа, будто к идеально сидящему костюму приделали чью-то голову. И Данке больше нравилось, когда он был в футболке и джинсах...
Стоп, так не пойдет. Дан прекрасно осознавал, что сегодня их с Данкой отношения будут обсуждаться в последнюю очередь.
Для начала следовало добиться самой возможности допуска к своей семье, а следующим этапом обозначить степень этого самого допуска.
И еще он понимал, что такое определение Данки с их детьми может произносить только в мыслях. Он потерял право называть их своей семьей, когда подписал документы об аннуляции брака, так что на сегодняшний день для нее и для их детей он посторонний, чужой человек.
