С такими черными блестящими глазами и черными длинными ресницами."
"Он пропал бы, совершенно точно бы слетел с катушек. Если он разве что не таял при общении с ее девочкой, то Данка только представить могла, какой лужей бы растекся Аверин от собственной дочки.
Наконец, дети улеглись, и девушки с Авериным собрались в гостиной. Дана села в кресло, а Костя с Олей расположились на диване.
— А теперь внимание, — в который раз за сегодняшний день сменил облик Аверин, став предельно серьезным, — меня интересует абсолютно все.
Любые мелочи, даже на ваш взгляд незначительные, любые детали, даже самые незаметные. Все понятно? Погнали.
И тут внезапно Данка поняла, что не может двух слов связать. Она беспомощно втягивала воздух, закрывала и открывала рот, но выговорить не могла ничего, как ни старалась. Достаточно было только представить, что придется рассказать все постороннему человеку, и ее охватывала паника.
— Константин Маркович, я…
Аверин пристально взглянул на нее, а потом потер пальцами переносицу.
— Так, ясно, сейчас мы вот что сделаем.
Во-первых, переходим на «ты» без отчеств. Во-вторых, ты представляешь, что пришла на прием к психологу и тебе нужно выговориться, а я закрываю глаза и слушаю. Тебе так будет проще. Сеансы у психолога чаще проходят лежа, так что я, пожалуй, лягу.
Он улегся на диван, поднялся, осмотрелся, увидел Ольгу и подвинул ее к самому подлокотнику. Снова улегся, но на этот раз головой к ней на колени, ее руки замкнул вокруг своей шеи. Закрыл глаза и скрестил руки на груди, Данка с Ольгой непонимающе переглянулись.
— Аверин, — позвала его Оля, — вообще это пациент у психолога лежит, специалист сидит на стульчике.
— Не придирайся, какая разница, — поморщился тот и нетерпеливо махнул рукой, — все тихо, девочки, начинаем работать.
Как ни странно, он оказался прав. Поначалу Данка запиналась, подбирала слова, путалась, а потом, не замечая никакой реакции, осмелела. Аверин никак не комментировал, не задавал вопросов, просто лежал, плотно сомкнув веки. А может, он уснул? Вон даже не шевелится.
Вполне возможно, так что по итогу она рассказывала в пустоту, поскольку Ольга и так была в курсе.
Когда Данка выдохлась, Аверин продолжал лежать без движения. Но стоило Оле расцепить руки, тут же открыл глаза.
— Ты спал? — поинтересовалась сестра.
— Нет, — довольно резко ответил Аверин. — Я ох… Охреневал, в общем.
Он пригладил руками волосы и сел, опираясь о спинку дивана и закидывая руки за голову.
— Реально охреневал, девочки.
