— Перестань, отец, — поморщился Дан. — Сестры пошли одна за другой, Аминат было не до меня, меня растила бабушка. Потом ты и вовсе отправил меня сюда. Почему ты не подождал, а вдруг бы встретил кого-то и полюбил как маму?
— Это невозможно, — глухо сказал отец, закрыв лицо руками, — таких как она больше нет. Зато у меня есть дети. Я очень хочу, чтобы они у тебя тоже были, и Зарема…
— Зачем нужны дети, отец?
— Это смысл жизни. Чтобы было кому оставить бизнес.
— Выходит, смысл жизни в том, чтобы было кому передать деньги.
Значит, главнее все-таки они? Не деньги зарабатываются, чтобы семья ни в чем не нуждалась, а семья подгоняется под то, чтобы деньгам было удобнее, так?
Отец замолк, пораженный, а Дан продолжал:
— Посмотри правде в глаза, папа, ты жил так, потому что так удобнее. Жена нужна для продолжения рода, в остальном можно жить в свое удовольствие. У тебя ведь и сейчас есть любовница, думаю, не ошибусь, если она моложе Аминат. И все все знают, главное, лишь бы фасад был цел и намарафечен, а что там за ним, никого не касается.
Ты все время любил меня больше, чем девочек.
— Потому что ты ее сын.
— Но ведь они тоже твои дети. Ты ими совсем не занимался. Да, ты их любишь, но они не видели того, что в детстве получал от тебя я.
— Девочек воспитывают женщины.
— А я, — здесь голос подвел Данияла и предательски дрогнул, — если бы у меня родилась девочка, я бы сам ею занимался. Сам воспитывал свою дочку. Что там нужно делать с детьми — гулял, играл, водил в детский сад, читал и кайфовал бы от этого.
Я любил бы ее еще и потому, что любил ее мать. Больше жизни.
— Мне приходилось много работать, — попробовал возразить отец, но Дан его перебил.
— Это бег по кругу, пап. Дети нужны, чтобы было кому оставить наследство, при этом времени на них нет, потому что наследство надо заработать, — и добавил твердо: — Потому я и не хочу детей. Чтобы вы не смогли сделать с ними то, что сделали со мной.
— Я хотел, чтобы моими наследниками стали наши с Леной внуки, дети ее сына, — с болью сказал отец, глядя вперед невидящими глазами.
— Извини, — бесстрастно ответил Даниял, — этого не будет. Я хочу выйти из семейного бизнеса, выкупить свою долю у Рустама. Если ты не возражаешь, пусть он заменит меня, он сможет. Когда закончится процесс слияния, я разведусь с Заремой, я предложил ей получить образование, найти занятие по душе. Но мне не верится, что Арисханов не попытается ее снова кому-то всучить подороже. Поэтому сказал, пусть присмотриться к Рустаму.
