Хотя, если отбросить страх в сторону, должна сказать, что тоже испытываю определенные эмоции касательно этой поездки: я еду в город, где родился и вырос мой отец.
Там были не только мои корни, но и мой единственный живой дядя… Понятия не имею, как мне добраться до него, но, как и в случае с полетом, мне стоит подходить ко всему постепенно.
Мы немного поторчали в дьюти-фри, и стоит признать, что дольше времени там провела Мэгги, нежели я, а после выпили кофе в «Старбакс». Мне всегда нравилось фраппучино из этой франшизы, однако мне удавалось пить его только во время учебы в университете в центре Денпасара.
Шли минуты, и очередь на посадку становилась все ближе и ближе к тому моменту, когда сесть в самолет оставалось только нам.
– Дамы, вам пора проходить, иначе вы опоздаете на рейс, – в четвертый раз напомнила стюардесса, пока я сидела, зажав голову между ног и пытаясь глубоко дышать, чтобы меня не стошнило.
Я не смогу сесть в самолет. У меня ничего не выйдет.
Мне придется бросить свою беременную лучшую подругу путешествовать в одиночестве в поисках отца ее ребенка.
Мне бы пришлось оставить все неизвестное из моего прошлого неразгаданным и все возможности моего будущего нераскрытыми и лишить себя возможности снова увидеть Алекса…
Алекс… вот бы он был рядом и держал меня за руку, объяснял мне все и говорил, что будет моим противоядием, как он сказал однажды, когда пытался убедить меня полететь.
Мое первое путешествие на самолете должно было быть с ним… по крайней мере, он сказал мне так, когда мы были еще слишком наивны, полагая, что наша связь продлится дольше его тридцатидневного отпуска.
– Прошу прощения, я вынуждена закрыть двери, – настаивала стюардесса.
И тогда я в отчаянии посмотрела на свою подругу.
– Мне очень жаль… – у меня выступили слезы.
Мэгги наблюдала, переводя взгляд с меня на стюардессу. Ей нужно ехать. Подруга не могла пропустить этот рейс, она потратила почти все свои сбережения, чтобы купить билеты.
– В чем дело? – услышала я мужской голос.
– Она боится летать, командир, – сказала стюардесса. О боже, даже командир вышел искать меня.
Можно ли было быть еще более жалкой?
Я снова сделала глубокий вдох, пытаясь не поддаваться панике, и тут перед моими глазами возникла пара черных туфель. Моя голова все еще была зажата у меня между ног.
– Мисс, вам нужно успокоиться, – проинструктировал он меня спокойным голосом. – Сделайте глубокий вдох вместе со мной.
