Я бы не назвала себя успешной писательницей. Сочиняю обычные сказки.
С тяжестью на душе соглашаюсь. Проходим в кабинет босса. Сразу замечаю этого говнюка, сидящего за столом. Подписывает одну бумажку за другой.
— Любовь Сергеевна пришла, — звучит как какой-то сигнал. А мужчина устремляет на меня равнодушный взгляд.
— Садись, — указывает на диван. — Наталья, принесите кофе. Два.
— Мне не надо, — мотаю головой.
— Два, — говорит ещё настойчивее.
Мой редактор испаряется. Мы остаёмся в кабинете один на один.
Долгое молчание рушится моими словами, что так и просятся наружу:
— Что, позвали поглумиться надо мной?
ГЛАВА 15
Любовь
— Зачем? — хмурится он и делает вид, что сегодняшнее — не его рук дело.
— Не стройте из себя дурака. Сегодня приходила женщина из опеки. Она всегда была к нам добродушна, но не в этот визит. И подозреваю, в этом замешаны вы.
— Врать не буду, — убирает ручку и складывает перед собой ладони, в которые упирается подбородком. — Моих. Но ты сама выбрала такой путь.
Поджимаю пальцы на руках и веду ногтями по светлой юбке. Вот бы вонзиться ими в него…
— Вы — скотина, — говорю то, что и в голове.
— Слышал уже, не удивляешь. У тебя же богатый словарный запас. Давай, демонстрируй.
— Вы для чего меня позвали? — меняю тему. — Знаете ведь, что я одна у Астры. И вынуждаете оставлять её у родителей. Решили уволить? Не утруждайтесь, сама ухожу.
— Точно, — качает головой и перекладывает бумаги с одного места на другое. — Работа. Не буду я тебя увольнять.
С чего такая щедрость?
— Но с этого дня ты работаешь здесь. Вон та-а-ам, — он указывает в угол своего кабинета, где стоит небольшой стол и стул. Рядом пустой шкаф, где обычно хранятся книги или папки с документами.
— Нет, — отрезаю твёрдо, несмотря на удивление. Это что ещё за выходки? — Я работаю с вами по договору, и в нём не указано, что я должна сидеть в офисе.
— Верно, — спокойно кивает. — Но в нём присутствует пункт, что в любой момент издательство может внести изменения в твою работу.
И ты его подписала."
"— И для чего это?
— Скрывать не буду. Чтобы отдалить Астру. Ей нужно начать отвыкать от тебя.
Так вот оно что…
— Хороший ход, — хвалю его, усмехаясь. — Но увы, я увольняюсь. Чтобы быть с МОЕЙ дочерью ещё ближе. Не оставлю её ни на секунду. Это так, к слову, если вы решите позвонить в опеку.
Как же раздражает этот Пожарский!
— Тогда плати неустойку.
— Какую? — выгибаю бровь.
— Договор, — стучит пальцем по бумагам.
