Явно неспроста.
Опять тишина. Шум воды.
Слышу, как она встаёт, выжимает волосы. Наверняка перешагивает бортик ванны, судя по шлёпанью по плитке и каплям, попадающим на мою кожу.
— Я возьму халат?
— Лучше без него, — произношу хрипло, понимая, что Люба сейчас со мной в одной комнате совершенно обнажённая.
— Тогда надену свою грязную…
— Бери халат, я шучу."
"Хочу повернуть голову, убедиться, что она одевается не в свою футболку и шортики, испачканные в грязи. Но вовремя даю себе мысленную оплеуху.
— Я всё.
Встаю, стараясь не смотреть в сторону девушки. А то ещё переклинит меня.
Быстро она моется, я и утомиться не успел.
Захожу в спальню, направляюсь к тумбочке, где стоит бутылка воды.
— Воду будешь? — спрашиваю у неё, разрушая тишину.
— Глеб, — неожиданно летит её нежный голосок. Оборачиваюсь, утыкаясь взглядом в Любу, сидящую на моей кровати в одном пушистом и мягком халате. Сцепив ладони вместе, нервно теребит пальцы. — Ты ведь не сойдёшься с ней снова?
Не знаю, как реагировать на её вопрос.
У меня ступор и непонимание.
— С чего такие мысли? — спрашиваю недовольно и направляюсь к ней. Сажусь рядом на постель. Опрометчивый поступок. Но её тон напряг меня.
— Ты ведь хочешь нормальной семьи для Астры, — не поднимает взгляда от своих ногтей. — А тут объявилась её мать… У вас все шансы, чтобы всё встало на свои места.
— А ты бы этого хотела?
— Нет, — мотает головой. — Меня устраивает всё, как есть сейчас.
Я усмехаюсь.
— Вот и не мели ерунды, — обнимаю её за талию и притягиваю к себе.
Неуклюже прижимаю её голову к своей груди. — Мне тоже нормально. Я привык. И не хотел бы, чтобы наша семья была в другом составе.
Чувствую, как она улыбается.
Дурочка. Наверняка уже понапридумывала кучу всего. Это же Сказочница. Фантазия работает у неё отлично.
В её размышлениях я наверняка уже выгнал Любу, забрал у неё дочь и начал жить счастливо с Мартой.
Но в слово «счастливо» никак не вписывается имя «Марта». Раньше — да. Но не сейчас.
Люба выпрямляется, видимо, из-за неудобного положения.
Поворачивается ко мне, утыкается ладонями в моё бедро, будто в опору.
Чего она творит?.. Я и так на грани, еле держусь, видя эту каплю, стекающую с волос в ложбинку грудей. Так она ещё и откровенно трогает меня!
— Глеб, — опять зовёт меня по имени, будоража всё внутри.
Да почему моё имя из её уст звучит настолько необычно и волнующе?!
Люба вытягивается, сверкает своими карими глазками.
— Спасибо, что вовремя приехал.
