Такое чувство, будто он и правда умеет общаться с детьми. Знает, как установить контакт. Разбирается в нормальных человеческих отношениях.
Но это не так. Это не так!
На моем лице настолько явно написано удивление, что когда дети уходят снова поиграть со щенками, Марат прямо спрашивает:
— Чем ты так удивлена?
— Ничем.
— Я умею обращаться с детьми, Вика, — говорит он. — Вспомни, сколько у меня братьев.
— Пожалуйста, не сравнивай, — бросаю, поморщившись."
"Его безумные братья. Один “лучше” другого. Пожалуй, самым нормальным выглядел старший.
Джон. Но он, черт побери, держал свою девушку на цепи, причем так, что у нее остались шрамы. Уродливые белесые шрамы. До сих пор помню.
Возможно, их отношение были еще более больными, чем наши. Не важно. Плевать. Стоит только начать размышлять — воротит. Не хочу никакой связи с его проклятой семейкой.
— Ты должна сказать ребенку правду, — холодно произносит Марат. — Или я сам это сделаю. Не вижу смысла ему врать. Пацан называет отцом чужого мужика.
Пора с этим дерьмом завязывать.
— Ты не его отец.
— Хватит врать.
— Тебе так трудно принять правду?
— Он моя копия, Вика.
— Серьезно? — истерический смешок вырывается из горла. — И чего же ты это все берешь?
— Достаточно раз на него глянуть, — отрезает. — Глаза. Волосы. Блять, да у него мой взгляд. И само лицо. Даже по времени все совпадает. Ты залетела как раз перед тем, как отправить меня в тюрягу.
— Ты выдаешь желаемое за действительное.
Марат резко поднимается со своего места, вплотную подходит ко мне.
Черные глаза полыхают от гнева, губы кривятся в оскале.
Он смотрит на меня так, точно готов ударить. Его кулаки крепко сжаты, желваки ходуном ходят.
— У кого ты купил этот дом? — спрашиваю ровно.
— Это мой проект.
По его лицу пробегает тень удивления. Но потом Марат решает, я просто хочу сбить его с толку.
— Прекращай эти игры, Вика.
— Я не пытаюсь тебя обмануть, — спокойно выдерживаю его взгляд. — Я бы не стала о таком лгать, Марат. Особенно здесь и сейчас.
Это уже попросту не имеет смысла.
— Но ты без проблем наебывала меня раньше, — хмыкает.
— Ты о чем?
— О твоих чудо-таблетка, — кривится. — Ты так красиво рассказывала мне, что хочешь детей, а сама несколько лет сидела на противозачаточных. Но никакой препарат не дает гарантию на сто процентов.
— Вот как? — невольно приподнимаю бровь. — Ты так подробно изучил материал?
— Да уж, — усмехается. — В тюрьме хватало времени. Вот и почитал.
