Обычно я не использовал и половины приемов, которые изучил там. Просто не было такой потребности. Хватало базовых навыков.
Да и жизнь изменилась. Борьба за власть в мире выглядела иначе.
Холодное оружие потеряло прежнюю ценность. Огнестрел вышел на первый план. Высокие технологии давали шанс любому хмырю уделать реального бойца.
Конечно, меня тянуло к саблям и кинжалам. Я продолжал тренировки на старый манер. Совершенствовал навыки единоборств.
Но стоило учитывать новый порядок. И там физическая подготовка редко играла решающую роль.
Скорее это был один из базовых факторов.
Крепкие мышцы. Мощный удар. Быстрая реакция. Кто держит тело в тонусе, не позволит и мозгу заплыть.
На Севере каждый мог открыть свой потенциал. Если оказывался достаточно сильным и выносливым. Слабаки сгорали. Кто-то в первые же дни. Кто-то посреди учебы. Там отсев всегда оставался жестким. Потом я слышал, что это место закрыли, ссылаясь на то, что методы устарели и представляли угрозу.
— Ваши власти боятся, вот и прикрыли контору, — скалился мой старший брат.
— Только на Севере могли готовить берсерков.
— Херня, — отмахнулся тогда я. — Просто легенда.
— Не скажи, Марат. Разве ты не помнишь? Сам же входил в раж. Мы оба побывали на той стороне. Иногда начинает казаться, что обратно до конца так и не вернулись.
Мой брат кайфовал от всякой заумной хуеты. Чем он только не занимался. Йога. Техники дыхания. На Мальте подсел на дайвинг. Нырял без снаряжения.
Но я оценивал реальность как она есть.
Главным навыком, которому обучали на Севере, был “выход берсерка”.
Воин должен достичь особого состояния. Выпустить на свободу всю свою ярость. Дикость. Злобу. Неистовство. Должен отпустить контроль над разумом и дать инстинктам выйти на волю.
Мало кто мог такого достичь.
Скорее уж от бесконечных тренировок и адского холода плавились мозги.
— Любого берсерка можно просто пристрелить, — хмыкнул я.
— Ошибаешься, — сказал брат. — Настоящий берсерк становится неуязвим. Его не возьмет ни сталь, ни свинец. Его никак нельзя убить.
— Это бред.
— Ты же поднимался в горы. Ты должен помнить.
— Нихуя.
Под конец нас и правда заставляли тащиться в горы. Там от перепадов давления могло накрыть так, что мало не будет. А уж если добавить рукопашные бои, пару кинжалов и саблю, которой тебя постоянно пытаются покромсать на куски, то и без особых талантов озвереть легко.
Что-то открывалось во мне там. Что-то пробуждалось внутри. Животное. Бешеное. Необузданное."
"Потом такое бывало в бою.
