Я взяла наручники, которые Поуп достал из ящика своей тумбочки и вручил мне, – я не осмелилась спросить, откуда они у него, – и оседлала стройный живот Вона, чувствуя, как его пресс напрягается под футболкой, когда он втягивает воздух.
Его горло дернулось, но губы остались поджатыми и угрюмыми. Он обладал одним потрясающим качеством, которое не мог купить ни один новоиспеченный мужчина, – наглостью богатенького мальчика, от которой появлялась сладкая ноющая боль между ног.
Во всяком случае, у меня.
Он наблюдал за мной сквозь прищуренные хищные глаза, вероятно, думая, что мой план состоял в том, чтобы приковать его к изголовью кровати и встать перед ним на колени, как и все остальные.
Он был предсказуем и слишком привык получать то, что хотел.
Но то, чего мы хотим, не всегда является тем, что нам нужно. Вон нуждался в напоминании о том, что он не правит миром. Он должен был приблизиться к реальности. Больше всего ему надо было узнать кое-что об интимной близости.
– Наконец-то обхватишь губами мой член? – усмехнулся он.
Его голос от возбуждения прозвучал хрипло и напряженно.
Мы все еще не затронули тему нашего последнего разговора. Тогда я велела ему оставить меня в покое. Казалось, он совершенно забыл об этом. Совсем не похоже на наблюдательного и остроумного Вона. Он что, даже не спросит, чем я занималась тут в сексуальной ночной рубашке? Зачем хотела приковать его наручниками к своей кровати? И почему я передумала насчет своих слов?
Твои чувства не имеют к этому никакого отношения, отругала я себя.
Ты просто преподашь ему урок.
Моя скульптура, частично спасенная, но в основном уничтоженная – только лицо осталось совершенно нетронутым – была накрыта простой бежевой тканью и стояла в углу моей комнаты. Забавно, но я чувствовала себя такой же разрушенной, как моя скульптура.
В ответ на вопрос Вона я лишь пожала плечами.
– Есть только один способ выяснить это, верно?
Я взяла его руку в свою. Она была мускулистой, но расслабленной, готовой подчиниться, и дрожь пронзила мой низ живота, отозвавшись в сердце.
Пристегнув его первое запястье к изголовью кровати, я наклонилась к нему, моя грудь касалась его рта через ночную рубашку. Пока я работала над другим его запястьем, мое тело гудело от сладкой боли. Вон не пытался прикоснуться ко мне. Он казался зачарованным, следя за каждым моим движением остекленевшим взглядом.
Бедняга.
– Не волнуйся, Хорошая Девочка. Я дам тебе несколько советов. Это не так уж трудно – сделать минет.
