— Уверенна… — ничего не понимая пожимаю плечами. — О чем говорить?
— О ситуации домашнего насилия, например.
Заторможенно хмурюсь. Поднимает мою руку, несколько ноготков сломано. Это я сломала сметая с комода все, что полетело в голову Родиона.
— У тебя серьезная гематома на голове. И истощение. Очевидный невроз.
Прикасаюсь пальцами к ноющей шишке на голове.
— Ударилась…
— Я могу вызвать психолога, и ты отсюда поедешь в центр помощи жертвам домашнего насилия, а не домой.
Едва ли нашу потасовку с Родионом я могу назвать домашним насилием.
Он не пытался сделать больно, как мне кажется. Скорее — поставить «на место» и остановить. Что мне делать в этом центре? Я не боюсь Родиона. И не собираюсь на него заявлять. Это нужно решать как-то иначе.
— Да нет никакого насилия.
— Злата, ты уверенна, что хочешь этого ребенка?
— Да. Уверенна.
— Или, ты хочешь его только при муже, — многозначительно переводит взгляд на дверь. — Я обещаю, что твой ответ останется между нами.
— Почему Вы такое спрашиваете?
— Девушка, которая ждет желанного ребенка не пьет абортивные препараты.
— Что?!
— Мы кое-что нашли в твоей крови. Но на таком сроке очень маловероятно, что они вызовут полноценный выкидыш, Злата. А вот проблемы с течением беременности могут организовать.
— Что?? — ещё раз переспрашиваю я. — Вы хотите сказать, я выпила что-то, чтобы у меня был выкидыш?
Разводит руками.
— Это какая-то ошибка!
— В любом случае, твой муж этого не узнаёт, я обещаю тебе.
— Да подождите Вы. Я ничего не пила!
— Может быть, ты перепутала таблетки? «Женале»… Есть в твоей аптечке?
— Не пью я таблетки!
— Витамины?
— Тоже нет, меня от них рв""eт.
— В твой крови и моче обнаружили кое-то, что больше всего напоминает продукты выведения этого препарата. К счастью доза оказалась невелика. И ты быстро получила дозу прогестерона. Сейчас ты на гормональной терапии, которая нейтрализует это действие.
— Это должно быть ошибка!
— Хочешь, чтобы мы повторили анализы?
— Да! Нет. Подождите…
Закрываю лицо руками. Какой-то бред!
— С моим ребёнком вс""e будет хорошо?
— Скорее всего.
Если ты продолжишь терапию прогестероном.
— Значит, я продолжу.
— Но, я обязана предупредить, что риск патологий не исключен. Но на таком сроке, в твоей ситуации и не слишком высок. Так что больше не рискуй.
Меня окатывает кипятком от обиды и почему-то стыда! Словно, я действительно выпила эти чертовы препараты, чтобы убить своего ребенка! Но я же ничего не пила!
— Мамочка… — закрываю лицо руками.
