Городок оказался еще меньше, чем Заречье, близ которого я раньше жила. Посоветовав селиться поближе друг к другу, солдаты поехали отметиться у властей и оставить подводы под охраной городской стражи. Выбрав таверну поприличнее, мы и еще несколько человек из нашей группы, сняли комнаты. Остальные тоже заселились поблизости.
Даже не спрашивая меня, Харн распорядился насчет горячей воды для купания и обеда. Последнее подали сразу, а вот воду еще предстояло натаскать в комнаты. Делалось это вручную, как и в нашей с дядей таверне.
Обстановка внутри чем-то напомнила ее, и я загрустила, испытывая ностальгию по прошлому, когда жизнь была понятна и проста.
– Не переживай, нам уже немного осталось, меньше, чем полдня пути, – подбодрил опекун.
Я удивилась: раз так, почему же мы сразу сюда не переместились вместо Ческа?!
– Ческ крупнее, поэтому он занимается доставкой продовольствия и всего необходимого, отправка идет оттуда. Ты заметила, что здесь на каждом шагу таверны? Для оборотней это совсем не расстояние, и частенько они тут отдыхают.
Я расширила глаза, не понимая, откуда он это знает."
"– Краем уха слышал, когда обменивались впечатлениями о практике, – усмехнулся мой опекун.
Обедали в общем зале, но, несмотря на то что там же разместились и несколько человек из нашего отряда, мы с Харном сели за отдельный стол и к нам никто не присоединился, соблюдая субординацию и не навязывая свое общество. Принца все устраивало, а вот я испытывала некую неловкость перед ними. Понимала, что Харн так сделал для того, чтобы пообщаться без посторонних, ответить на мои накопившиеся вопросы – в дороге не поговоришь.
Но, на мой взгляд, со стороны это выглядело проявлением высокомерия. Поэтому и засиживаться не стала, быстро расправившись с едой. Харн предложил отдохнуть, а попозже сходить погулять по городку и поискать для ужина ресторацию. Мы разошлись по комнатам, которые располагались напротив друг друга.
В моей уже дожидалась лохань с горячей водой, и я счастливо улыбнулась, мечтая искупаться.
Обстановка в комнате была небогатая, но все довольно опрятно. Прежде чем раздеваться, подошла к окну задернуть шторы и посмотрела на улицу. Капли дождя все так же стучали по стеклу. Улица почти пустая – в такую погоду все сидели по домам. Мое внимание привлекла телега, на которой ехал крестьянин в плаще, понурив голову. Я посочувствовала бедолаге, вынужденному мокнуть.
Он как раз проезжал под моим окном и, будто почувствовав взгляд, поднял голову.
