Она смотрит на меня так, что будь мне шестнадцать, я бы уже поежилась и почувствовала себя ничтожеством. Есть такие люди, они подчеркивают свой статус исключительно пренебрежительными взглядами в сторону других. Словно каждую минуту ставят печать “Я лучше вас всех! Я богаче, красивее и успешнее!” Смотрится довольно жалко и комично, если честно. И по-настоящему успешные люди, которые не живут в страхе, что уже завтра их сказка закончится, выглядят совершенно по-другому.
— Подруга? Какая еще… Почему я не видела вас раньше?
— А вы виделись с Макаром в последнее время? Что-то я вас не припоминаю.
— Макар жил в глуши последний год! Он ни с кем не виделся кроме своей дрожащей сестренки! — она произносит фразу на злом запале, объясняя мне прописные истины, но в конце сдувается.
Ее задевает мое спокойствие. И, кажется, она начинает догадываться, что жизнь Макара не встала на паузу, пока ее не было рядом.
— Нет, — она качает головой, словно не в силах поверить, что я могу иметь какое-то отношение к Макару.
— Господи, он совсем свихнулся! Он не видел нормальных людей год и вот результат! Кидается на объедки!
Она бросается к сумочке, из которого пытается достать сотовый. Но тот постоянно ускользает, и Ингеборга высыпает содержимое на стул рядом со мной. Падает золотая пудреница, еще косметика, следом чехол с эйрподами и визитница.
— Где Алекс? Где этот мерзкий выскочка?
Она оглядывается по сторонам, попутно набирая чей-то номер. Я же замечаю в коридоре медсестру и поднимаюсь ей навстречу.
Ингеборга тоже замечает женщину в белом костюме и кидается к ней, оттесняя меня. У меня перехватывает дыхание от столь “базарного” поведения, и куда только делся налет элитарности?
Медсестра тоже теряется, но профессиональная привычка помогает ей выдержать натиск. Потом же к нам подходит охранник и настойчиво просит Ингеборгу вернуться в зал ожидания. Он ловко отвлекает ее, так что мы с медсестрой уходим в кабинет, за дверью которого сразу становится тихо.
Глава 26
После разговора с медсестрой я засыпаю в комнате для отдыха."
"Здесь настолько продуман вопрос комфорта, что на диванчике спится также удобно, как на кровати в моей прошлой квартире. Я вспоминаю, как собирала вещи и загадывала, чтобы у меня все сложилось в новом городе. Я с трудом решилась на переезд, убедив себя, что нельзя трусить всю жизнь и прятаться в отлаженных мелочах, привычных маршрутах от дома до работы и назад, и удобных знакомых.
