— В этом вы так же неправы, как в том, что ваше имя Фернандо Гомес, — возразила я. — Так и быть, по закону гостеприимства не выгоню вас ночью из дому и даже позволю заночевать в своей постели. Но без меня. А завтра утром вы покинете навсегда это место. Вы и ваша жуткая собака. Мне все равно, где вы станете жить и что делать до того момента, как к вам вернется память и силы. Я и без того терпела ваши выходки слишком долго.
— Поступив так, вы совершите ужасную ошибку, Каталина, — проговорил дракон, спокойно укладываясь в постель и укрываясь одеялом.
— Я нужен вам так же, как и вы мне. И с этим уже ничего нельзя поделать. Уверена, что не желаешь разделить со мной постель?
Он нахально приподнял край одеяла и усмехнулся.
А я топнула ногой и, прихватив свою подушку, направилась в комнату Антии. Прилегла рядом с ней, но так и не смогла толком выспаться. Все потому, что в голову лезли разные дурные мысли, а еще невыносимо чесалось левое запястье.
Антия встала первой и ускакала в кухню, мурлыкая что-то радостное под нос.
А я поднесла руку к глазам и обомлела.
— Это что еще такое?.. — шепнула испугано.
Левую руку повыше запястья, словно широкая лента, охватывали рунические письмена. Надписи переливались и горели огнем, но при этом не обжигали. Только все еще чесались, как заживающая ранка.
Чем я только не пробовала избавиться от неожиданного «украшения»: мылом, щелоком, щетками и даже уксусом. Все тщетно. Кожу запястья разъело и щипало, а самому браслету хоть бы что. Кажется, он только ярче стал от всех моих немыслимых манипуляций.
— Демоны побери этого дракона!.. — рыкнула я.
«Браслет» прикрыла длинным рукавом и старалась не обращать внимания на жжение и зуд, появившиеся от утренних «процедур».
— Доброе утро! — поздоровалась с матушкой Грэси. Поцеловала в щеку Антию: — Привет, малышка. Как вам спалось?
Хотела казаться беспечной и не выдать беспокойства. Уселась за стол рядом с домочадцами, налила себе травяного чая. Потянулась, чтобы взять теплую еще булочку, но тут же отдернула руку.
Проклятый браслет будто так и мечтал о том, чтобы стать всеобщим достоянием.
— Ух!.. — ответила Антия и показала два поднятых вверх больших пальца.
— И мне спалось неплохо, — поддакнула матушка Грэси. — Кому было неуютно в своей постели, так это сеньору Бэлтрену.
Сказав это, Грэси усмехнулась и, заметив мою пустую тарелку, положила в нее булочку и придвинула ко мне масло. За это я была так благодарна, что дослушала жалостливую историю о Бэлтрене Драко до конца.
