Лишь Ялина и немногие другие не отвернулись от меня…
Я и не думала прежде, что все обстоит так, даже не предполагала. Зато теперь стало ясно, отчего Аина живет уединенно, вдали от других ведьм.
— Идти нужно мне, — решительно заявила Ялина. — Я была ярой ненавистницей некромантов, пока не повстречала Джуано и не сбежала с ним за море. Ведьмы решили, что я погибла. Но это неправильно. Я должна послужить сестрам. Должна вернуться и выполнить новую миссию. Пора положить конец войне. Если от союза ведьм и некромантов действительно появляются цветы жизни, мы обязаны жить в мире.
— И я пойду!.. Меня забыли…
Дверка платяного шкафа открылась, и из него вывалился мой дядюшка Джуано. Громыхая ботинками-давилками, он распластался прямо перед Бэлтреном. Тот изумленно вскинул бровь, рассматривая новоявленного родственника.
— Бэлтрен, это мой дядюшка Джуано, — поспешно представила я. Вздохнула, чувствуя, как в воздухе запахло приближающейся грозой. — Дядюшка, это мой… муж Бэлтрен Драко.
Так непривычно было произносить.
«Муж» — так много в этом слове…
— И ты все еще будешь утверждать, что он не предатель? — поинтересовался у меня Бэлтрен.
Я нервно вздохнула. Ну да, по меркам Аргосы мой дядюшка предатель и дезертир. Так же, как и ведьма Ялина, он предал своих соратников. Так же, как Селсо Перес… Тот пошел против крови и не выступил в войне на стороне некромантов. Выбор между тем, что считает правильным общество, и тем, что соответствует твоим личным убеждениям, непрост, но для многих очевиден.
— Разве сейчас до этого? — не на шутку всполошилась Ялина, видимо, боясь и за Антию, и за своего возлюбленного одновременно. — Мы отправляемся в Тиулон или нет?!
Бэлтрен важно кивнул, но добавил, указав на моего дядюшку:
— Он на мне не полетит. Прости, Каталина, даже из любви к тебе я не понесу на своей шее предателя.
— И не надо, — рассудила ведьма Аина — Я предоставлю Ялине и Джуано свою тыкву-портал. Ой…
Это она поймала осуждающий взгляд Бэлтрена Драко.
— Что еще из запрещенного хранится в твоих кладовых, ведьма? — поинтересовался он скептически.
— Больше ничего, — слишком поспешно откликнулась Аина. — А тыковка — это ведь для благого дела. Клянусь, что не использовала ее никому во вред.
— Только лишь для того, чтобы похитить мою жену из замка. — Взгляд Бэлтрена Драко стал еще более суровым и непримиримым. — Верно?
Настал мой черед вмешаться:
— Никто меня не похищал, я поехала сама и уже говорила тебе об этом.
