Начальник объекта усмехнулся:"
"– Долго ли перейти из одной категории в другую? Быдло будет работать столько, сколько надо. Обед следует сократить до пятнадцати минут и провести его в две смены, чтобы не останавливать производственный процесс. Но это уже моя забота.
– А стоит? Узники устали, это заметно, им надо отдохнуть и подкрепиться. Сократив обед и отдых, мы рискуем получить то, что они начнут валиться с ног прямо на работе, и никакими угрозами их уже будет не поднять. Расстреливать или травить их собаками у нас нет права.
Нет самой эффективной возможности заставить быдло работать через силу.
– Надо уметь выполнять задания даже в условиях ограниченных возможностей.
– Мы выполним это задание.
– Значит в 14.00 я могу звонить в Ольденхорст? Там уже ждут.
– Думаю, можете.
– Это не ответ!
– Можете, герр штурмбаннфюрер.
– Хорошо. После завершения объекта, пусть это будет даже глубокая ночь или ранее утро, рота Риделя должна обойти весь остров. Здесь остались старые лодки, прикажите их уничтожить.
– Да, герр штурмбаннфюрер.
– Хорошо, соглашусь с тобой. Обед и отдых – по распорядку. Если нет больше вопросов, жду тебя в нашей столовой в 13.30.
– Да, герр штурмбаннфюрер.
– Ох, Анкель, знал бы, как ты надоел мне своей официальностью.
– Извините, но я, видимо, иначе не могу.
– Ну, ничего, нам вместе осталось работать не более суток. Потом у каждого своя дорога.
– Да, герр штурмбаннфюрер.
– Свободен!
В 12.30 прозвучали команды офицеров-надзирателей:
– Закончить доставку материала! Новый не загружать! Тележки, тачки – к конусам и площадке! Там же строиться на обед!
Узники давно ждали этой команды.
Хоть всего полчаса, но можно отдохнуть и подкрепиться.
Они быстро покатили тележки к конусам на площадке.
У большой кучи песка поставили рядом свои тачки Эрик Влах и Апсель Пехнер. Они оба были немцами, коммунистами, состояли в подпольной группе сопротивления. Их арестовали при попытке подрыва электростанции. Скорый суд приговорил обоих к повешению. Смертная казнь в военное время свершалась быстро.
Но случилось чудо. В камере гестапо им объявили, что фюрер помиловал и Влаха, и Пехнера, заменив смертную казнь даже не тюремным заключением, а десятью годами каторжных работ, естественно, на благо Рейха.
Такого еще не было. На следующий день после оглашения приказа о помиловании обоих доставили из родного города Хенсдорф в деревню Туир на берегу Балтики. Оттуда вместе с такими же осужденными на барже перевезли на остров Ургедон.
