– Она прикурила сигарету и посмотрела ему в глаза.
– Ну, ты же знаешь, – ответил он. – У нас были сложные отношения.
Она встала и подошла к окну.
– Знаю, Лень. У сложных людей всегда сложные отношения.
– Ну я-то прост, как пятак, – улыбнулся он.
Она обернулась и посмотрела на него.
– Ага, простачок. Всю жизнь прикидываешься.
– Я не прикидываюсь, Ань, – почти обиделся он. – Просто в силу обстоятельств я многое не мог обнародовать.
Он встал и кивнул на пакеты:
– Разбери, не забудь.
В коридоре он долго надевал пальто, шнуровал ботинки и смотрел на себя в зеркало.
– Давай уже, – улыбнулась она. – Твоя Пенелопа уже небось заждалась.
– Подождет, – ответил он. – На то она и Пенелопа. Завтра позвоню, – добавил он.
– Кто же сомневается? – усмехнулась она.
Она закрыла за ним дверь. Потом зашла в комнату и, не зажигая света, села в кресло. Она сидела так долго, час или два. Просто смотрела в одну точку, перед собой. «Путь к безумию», – подумала она.
Встала, зажгла торшер и подошла к комоду. На комоде в траурной черной рамке стояла фотография ее мужа.
Рядом стояла стопка водки, накрытая уже подсохшей горбушкой черного хлеба. Она провела рукой по фотографии – брови, нос, губы – и сказала:
– Привет. Ну, как ты там? – Потом усмехнулась: – Думаю, ты не в раю. Туда тебе пропуск не получить. А ты ведь привык, что за все можно заплатить. Но тут точно не выйдет. Черти, наверное, готовят сковородки и длинный перечень твоих деяний. Но ты и там разберешься, – опять усмехнулась она. – Тебе и там все сойдет с рук, если включишь личное обаяние.
Кто ж устоит? И там пристроишься. Тебе повезло, ты еще красиво ушел – в офисе, за рабочим столом, за разборкой ценных бумаг. Хорошо, что не в постели очередной подружки, а то было бы совсем неловко. Мне бы досталось еще больше порции «сочувствия». Просто бы захлебнулась в нем. Но ничего, я бы и это пережила. Кто говорит обо мне?
Она замолчала, подошла к окну и уткнулась лбом в прохладное стекло. В коридоре зазвонил телефон.
– А пошли бы вы все! – громко сказала она и не тронулась с места.
"
"«Все эти сопли, охи и вздохи. Посмотрю на вас через полгода – когда вскроется завещание. Когда будете дербанить фирму, квартиру и дачу. Сразу увидим, кто из вас чего стоит, дорогие партнеры и родственники. – Она села в кресло и опять посмотрела на фотографию мужа. – А как ты любил жизнь! Немного я встречала людей с таким аппетитом. Как жадно хватал – сколько мог ухватить. Рвал кусками. Боялся что-то пропустить, не успеть.
