Но лучше так, чем — с животом, и жизнь под откос пустить.
Гаечка что-то писала в тетради, видимо, сочиняла стих. Напишет, задумается, напишет. Когда сочиняла, мир для нее переставал существовать. Илья знал о моей задумке и молча ждал. Димоны играли в морской бой. Желткова смотрела на меня преданными глазами, приоткрыв рот. Заячковская лихорадочно читала учебник русского языка, косилась на дверь…
Прозвенел звонок. В класс вошла Вера, я спросил у нее, можно ли сделать маленькое объявление. Она препятствовать не стала, и я сказал:
— Друзья! Приглашаю вас всех в кафе «Улыбка» двадцать шестого февраля, в субботу.
Теперь самое интересное — реакция одноклассников. Попова с Белинской переглянулись. У Желтковой, которую никто никогда никуда не приглашал, аж губы затряслись, и она прошептала, не веря своим ушам:
— И меня? Меня тоже приглашаешь?
— Конечно, Люба. Я приглашаю всех.
Карась, еще один изгой класса, расплылся в улыбке. Он и Любка были счастливы.
Баранова съязвила:
— Че, и мне можно приходить?
— Конечно приходи, — совершенно без злости сказал я, отчего ее перекосило.
— Спасибо за внимание, — обратился я ко всем и сел на место.
* * *Как и обещал Боре, в четверг я получил две пятерки. Как дела у брата, спрашивать не стал, подозревал, что неважно, потому что он не день — как минимум два посвятил постерам. Те, что в стиле Уорхола, у него получились так себе. Говорит, что не хватило цветов и не нашлось того самого акрила, пришлось использовать тушь, акварель и гуашь.
Мне много чего нужно было сделать: первое — съездить в типографию, второе — отвезти деньги в кафе, третье — позвонить бабушке, тете Ире и пригласить их на следующую субботу в «Улыбку».
Итак, типография. Располагалась она, как и многие значимые объекты — в центре города. Все газеты выпускались там, включая рекламную. Заодно и узнаю, сколько объявление на первой полосе.
Открыв калитку, я приготовился, что меня выбежит встречать Лаки, но вспомнил, что Лидия его забрала, и сделалось грустно.
Привязался к нему, пока Лидия уезжала.
Вместо Лаки мне навстречу ковыляла Зинаида Павловна. Судя по ее решительным шагам, она чего-то от меня хотела. Блин, договорились же, что она будет заранее говорить, что нуждается в помощи. Или Боря чем-то провинился, вон, как у хозяйки глаза сверкают!
Загородив мне дорогу, она тряхнула щеками и проговорила:
— Павлик, ответь мне на один вопрос, только честно.
