Потом вдруг комната осветилась — на стульях, на креслах, на всех выступах мебели заиграли огни святого Эльма, наполнив атмосферу квартиры чем-то мистическим. Потом жахнули две здоровенные ветвистые молнии, осветив комнату, как фотовспышкой, и уйдя в батарею отопления.
А затем случилось кое-что, что совсем мной не планировалось, — после вспышки одной из молний из торшера, стоящего в углу возле кресла, вылезло образование, напоминавшее размером футбольный мяч. Это было похоже на то, как стеклодув выдувает из своей трубки стеклянный шарик — медленно, но неумолимо, и все больше, больше размером, пока шар не достиг размера головы человека.
Затем этот шар стал приближаться ко мне, уже закончившему отчитку заклинания.
На всякий случай я стал тихо уходить от этой пакости и вышел в коридор, но шар тянулся за мной, как пришитый нитками.
В спальне крикнула Маша:
— Вань, ты уже все? Можно выходить?
Шар как будто услышал слова, рванулся в сторону спальни, а на дороге стоял я.
Удар! Взрыв! Грохот был такой, как будто взорвалась граната. Я потерял сознание.
Потом Маша мне рассказала, что взрывом шаровой молнии сорвало со стен картины, уничтожило две китайские вазы и сбросило на пол посуду. (О мой китайский фарфор!)
У меня осталось красное пятно во лбу, а там, где шар ушел в пол — обугленное пятно. Носок на большом пальце ноги разорван, тапок — тоже. «Эксперимент» закончен.
Подслушивающим устройствам кирдык, но и мне чуть не пришел кирдык. Если бы не моя живучесть… вот и используй заклинания в отдельно взятой советской квартире!
Видимо, я на минуту потерял сознание, потому что, когда очнулся, обнаружил, что лежу на спине в коридоре, а надо мной нависает испуганное лицо Маши:
— Ванечка, Ваня! Ой, что делается… ты очнулся? С тобой все в порядке? Черт с ними — пусть заглядывают и подслушивают, не надо больше такого! Напугал меня до смерти! Как мертвый лежал!
Я посмотрел на Машу и сфокусировал глаза, почему-то дающие двойное изображение.
Две Маши благополучно совместились, дав четкое изображение, и совершенно трезвым и осмысленным голосом сказал:
— Я не Ваня, Маш. Я Вася Кольцов.
Маша отшатнулась, зажав рот, и испуганно спросила:
— Вспомнил? Все вспомнил?! Молния, да?
— Молния, — ответил я и вскочил на ноги.
Тело переполняла бурлящая энергия, меня просто колбасило от ощущения своего великолепного здоровья, радости жизни, чувства своей наполненности и цельности.
