Я была на два с половиной сантиметра выше мамы, но ей все равно удавалось заставить меня почувствовать себя маленькой девочкой.
Между тем папа выглядел так, будто был готов достать Джованни из-под земли."
"– Что произошло? – Они с мамой задали один и тот же вопрос, но папины слова имели совершенно иной смысл. Он явно уже представил себе все те ужасные вещи, которые Джованни мог сделать со мной, и как заставит его десятикратно заплатить за это.
– Что он натворил?
– Ничего, – твердо сказала я. В этом и была проблема.
Я не могла назвать папе конкретные причины, из-за которых рассталась с Джованни. Но прежде всего потому, что это были причины, по которым папа и выбрал его. Очевидно, именно по этим причинам отец дал добро на отношения с Джованни. Папа видел людей насквозь и наверняка почувствовал за километр, что Джованни слишком труслив, чтобы осмелиться ко мне прикоснуться.
Папа посмотрел на Амо, словно надеялся, что он опровергнет мои слова, но тот лишь пожал плечами, будто не имел ни малейшего понятия о происходящем и предпочел бы похмельным мукам смерть.
Взгляд мамы еще больше смягчился.
– Может, у вас получится разобраться со всем и все исправить?
– Нет, – быстро ответила я. Если бы я и вернулась к Джованни, то только из-за привычки и потому, что ненавидела неопределенность. Но это были недостаточно веские причины для продолжения отношений.
– Я просто поняла, что не люблю его. И не хочу довольствоваться меньшим, чем то, что есть у вас с папой.
Мама мягко улыбнулась.
– Порой любовь требует времени. Мы с твоим отцом не любили друг друга, когда поженились.
– Я знаю. Решение о вашем браке приняли за вас, но вам не потребовалось много времени, чтобы полюбить друг друга. Мы с Джованни были вместе больше двух лет, но я не люблю его и никогда не любила.
Наконец папа тоже встал со стула.
– Должно быть, произошло какое-то важное событие, заставившее тебя осознать это.
– Ничего не произошло, пап. Честно. Я поняла это давно, но не хотела заканчивать все слишком быстро, особенно зная, что это может плохо отразиться на вас с мамой.
В некоторых моментах Семья застряла в Средневековье.
Мама кивнула, но папа все еще смотрел на меня так, будто ожидал, что я дам ему более четкий ответ на вопрос.
– Я поговорю с Джованни.
Мои глаза расширились от страха, но мама предупреждающе сказала:
– Лука, это решение Марселлы.
– Верно, это ее решение, но я все равно должен поговорить с Джованни и посмотреть, что скажет он.
