Несмотря на три коктейля с шампанским, которые я выпила за вечер, я чувствовала себя трезвой, когда легла в постель. Все мысли о Джованни и моем теперь удручающе незапланированном будущем вернулись с полной силой.
Я вспомнила парня, который словно растворился в воздухе, и как в тот момент мне хотелось сделать то же самое, но я не была той, кто убегает. Пусть порой эта жизнь и казалась отстойной, я была слишком благодарна своим родителям за все, что они делали для меня.
Хотя я настойчиво убеждала Амо, что не переживаю из-за разговора с родителями, у меня скрутило желудок, пока я спускалась по лестнице.
Была слышна беседа мамы и папы и случайный звон столовых приборов.
Как только я зашла на кухню, родители посмотрели в мою сторону. Мама радостно улыбнулась, выглядя так, словно они с папой только что вернулись из медового месяца.
– Как прошло свидание? – спросила я без особой надобности.
– Как всегда превосходно, – сказала мама, посылая папе одну из своих загадочных улыбок.
Ее лицо всегда было наполнено такой нежностью, что я поняла, почему у нас с Джованни никогда бы ничего не вышло.
Я стремилась к тому, что было у моих родителей, но пока Джованни целовал землю, по которой я ходила, только из-за того, кем я была, и кем был мой отец, он никогда бы не посмотрел на меня так, словно прошел бы сквозь огонь и воду ради меня. Папа никому бы не позволил указывать ему, как любить маму. Он определенно не боялся бы ее отца.
– Марселла? – спросил папа, его голос звучал взволнованно, а темные брови сдвинулись.
Позади меня послышались плетущиеся шаги, и вошел Амо в одних спортивных штанах, щурясь от солнечного света и выглядя как покойник. Щетина на его щеках и подбородке все еще сбивала меня с толку, хотя волосы на его лице росли уже давно.
Если мама и папа все еще не знали о нашем походе в клуб, они узнали об этом сейчас. Амо едва заметно кивнул, плюхаясь на стул со стоном.
Выражение папиного лица стало суровым.
– Что я говорил тебе по поводу выпивки?
– Я рассчитываю на то, что ты будешь готовиться к экзамену по математике, даже если у тебя болит голова, – сказала мама.
– Это моя вина, – призналась я, потому что Амо явно был не в состоянии вступиться за себя, и я не хотела подставлять его под удар.
Папа откинулся на спинку стула с выжидающим взглядом.
– Я рассталась с Джованни, – с трудом произнесла я.
Глаза мамы расширились, она резко встала и подошла ко мне.
– Ох, Марси, мне так жаль. Что произошло? – Она коснулась моей щеки.
