Поэтому я и хочу дать этим бесноватым по рукам, чтобы забыли о нас и свалили бы куда подальше. Понятно?
- Делай, как считаешь нужным, - вздыхает Алина и, обняв меня, шепчет запальчиво. – Я люблю тебя больше жизни. И ужасно волнуюсь за тебя и за малышку.
82
Алина
Отец приезжает вечером следующего дня. Один. Удрученно входит в дом и, кивнув мне наспех, приказывает.
- Сделай мне кофе, Амина.
- Мы не пьем его, - обрывает команды Герман. – Шиповник хотите?
Отец смотрит на моего мужа как на иблиса, сбежавшего из ада.
Суетливо машет руками, словно увидел приведение, и, растерявшись, оглядывается по сторонам.
- Мне нужно поговорить с тобой наедине, Герман…
- У меня нет секретов от жены, - мотает головой муж. – И тут порядки устанавливаю я, - добавляет тихо, но твердо. Отец кивает, явно довольный таким ответом, и, зайдя в кабинет, недовольно косится на меня.
- Может, мне лучше уйти? – спрашиваю, чувствуя себя неуютно под отцовским взглядом.
- Останься, - рычит Герман и, указав мне на место рядом с собой на диване, берет мою руку в свои.
Спокойно дожидается, когда отец плюхнется в кресло. Молчание затягивается. Если верить Моэму, то Джулия Лэмберт была непревзойденным мастером паузы. Вторым после нее я всегда считала Лиманского.
- Что же ты со мной делаешь, дорогой зять? – причитает отец, доставая какие-то бумаги из портфеля. – Как это по-русски называется… Беспредель?
Герман лениво тянется к пульту. Щелкает, включая плазму, висящую напротив, и, хмуро глядя на моего папашу, роняет мимоходом.
- Это не беспредел, дорогой Мурат. Вы сами оформили отель на мою жену. Наверное, хотели, чтобы он достался мне. Я расцениваю его как приданое. В нашей стране существует такая традиция. Жена приходит к мужу не с пустыми руками…
- Беспредель, Герман, - отец мотает головой из стороны в сторону. И больше он похож на китайского болванчика, чем на солидного бизнесмена и главу семьи. - Прошу тебя, не погуби. У меня же совладельцы есть. Они тоже хотят кушать свой булка с маслом.
- Насчет булок ты сам решай, Мурат. Тут я не специалист. Но я тебе сейчас покажу настоящий беспредел. И ты все поймешь.
Герман включает запись с флешки, и я с ужасом смотрю на рентгеновские снимки, подсвеченные специальной лампой. И даже могу различить на них свои поломанные ребра. Затем идут сканы выписок и каких-то врачебных документов. Спасибо Софье, что вычухала меня после избиения. Вернула к жизни и заставила полюбить ее.
