И так всегда – почему я не такая спокойная и рассудительная, как Гоблинша? Я такого не писала! Что за выходки у этой лавки?
– Маша? – потрясенно уставились на меня все трое. Кажется, я произвела фурор своим появлениям. Ну вот, Ник опять обо мне плохо подумает…
– Надо мной что, издеваются? – крикнула я на полпарка."
"– Тише, тише, малышка, – птичкой соскочил на ноги Дэнни и ласково спросил: – Куколка, ты что там засела, как Соловей-разбойник в засаде? Ты чего грязная такая?
Он видел выражение моего лица и не смог скрыть улыбки.
Парень осторожно снял с моего плеча какую-то длинную травинку и пару листочков, прилипших к волосам. Он же первым рассмеялся: заразительно, озорно, как заботливый дедушка над проказой любимой внучки-шалуньи. Ник и Оля вначале озадаченно переглядывались, но и они стали смеяться: между прочим, по-доброму. А Дэн, пожав плечами, сквозь ржание сказал:
– Я же говорю, когда моя девочка немного выпьет, очень чудит!
– А ты забавная, – сказал неожиданно по-дружески Кларский, и я на секунду поперхнулась собственной злостью.
Дэн зачем-то, видимо, сам не осознавая этого, отодвинул меня подальше от моего любимого. Смеяться не перестал.
Ник сказал, что я – забавная. Это хорошо или плохо? Забавная…
– Так что там написано? Кто это написал? – не обращала я внимания на смех. Вглядевшись, я поняла, что чья-то наглая рука точно таким же черным маркером, как и у меня, старательно приписала кое-какие слова между моими «Смерчинский» и «лох», а именно «мне без тебя». Слово «лох» было изменено на «плохо» путем приписания к нему букв «П» и «О».
Союз «и» ловко исправили на местоимение «я». После приписали про «прощение». И вышло то, что вышло.
– Кто это сделал? – очень медленно спросила я.
Судя по довольной улыбочке Дэна, надпись успел «подкорректировать» именно он. Синие глазки просто-таки работали прожекторами веселья. Ведь не зря же он с другой стороны от меня сел, когда мы еще вдвоем были!
– Ну ты и… – от души двинула я его по руке. – Как ты мог?
– Маш, не ревнуй Дениса так, – вдруг вступилась за друга детства Ольга.
– Ты же знала, на что идешь, когда согласилась с ним встречаться. Он очень популярный. Мало ли кто о нем что-то написал на лавке в парке. Может быть, даже и не про него.
Кажется, она и Ник подумали, что я бешусь из-за ревности. Во дела!
Я злобно на нее посмотрела и вновь попыталась долбануть Смерча, но он, ловкая зараза, увернулся.
– Эй, а это уже хамство! Я с тобой сейчас на счет тайн еще поговорю! – поведала я ему.
