Потом Дэн, которого я начинала тихо ненавидеть, опять впал в алкокому. И вновь через минут тридцать открыл глаза – чуть более осмысленные, чем раньше. Естественно, тут же принялся болтать свою излюбленную чушь.
– Мой дед! – вновь начал испытывать иллюзии по поводу родственных связей с посторонними людьми парень. – Привет, дед!
Он даже помахал кому-то, улыбнувшись.
– О Боже мой, Смерчинский, ты меня задрал, – простонала я. – Успокойся, а? Спи лучше.
– Там мой дедушка, – сообщил мне Денис.
– А бабушки там нет?
– Не-а, – легкомысленно отозвался парень.
– А еще родственников каких-нибудь не наблюдается, дорогой мой чокнутый?
– Нет, – с этими словами он мило и ободряюще улыбнулся мне, как будто бы это я несла чушь. Затем легким движением заправил мне прядь волос за ухо и вновь прокричал, громче прежнего:
– Дед!
– Слушай, нам отойти надо, – вдруг резко засобирался Челка, вглядываясь в ту же сторону, что и безмерно радостный Смерч. Молчаливый тоже поспешно встал с места.
– А? Как это? Вы меня что, с этим пьяницей оставите? – я возмутилась такому повороту событий.
– Мы скоро вернемся, – пообещал парень с самой приятной улыбкой, на которую только был способен.
– Но…
– Мы на минуту уйдем.
– Как…"
"Он перебил меня.
– Подружка Смерча, не тушуйся, все прекрасно и чудесно, главное, помни – если что, Дэн напился сам, нас тут не было, ты ни при чем. Идет?
– Не идет!
– Ни в коем случае не упоминай «Дымок», – напутствовал меня музыкант. – Обещаешь? Иначе…
– Иначе?
– Кирдык, – провел ребром ладони он по своему горлу.
– Стойте! – рассердилась я. – Вы куда? Стойте!
Но оба молодых человека – один подхватив под руку девушку, второй – сразу две банки пива и пару коктейлей, едва ли не мгновенно – как профессиональные фокусники – ретировались в сторону, а потом пропали в неизвестном направлении, бросив меня вместе с нетрезвым Смерчем на руках, которому теперь мерещился еще и неведомый дедушка.
– Вот блин, как я тебя ненавижу, – прошипела я сама себе под нос, видя, как мой партнер обращается с криками: «Дед, я здесь!» к очень импозантному серьезному мужчине лет сорока, облаченному в дорогой стильный черный костюм-тройку и шелковую белоснежную рубашку.
За плечами мужчины высились два плечистых серьезных охранника и темноволосый худощавый субъект среднего роста в очках в тонкой золотистой оправе. Почему-то он напомнил мне, немного нетрезвой, самого Гарри Поттера. Только шрама у парня не хватало и двух разнополых друзей за плечами.
