Какая-то часть меня, вместе с волчицей, нетерпеливо ждала этого, а вторая, разумная, — противилась.
Брягинцев так ничего и не сказал. Оборотень курил, глядя вдаль, и я подумала, что он даже не услышал моих слов.
Как оказалось, я ошиблась.
Поздно вечером, когда Никитка уже уснул, Стас появился в доме. Он неслышно вошел на кухню, где я гладила постельное белье, забрал утюг, выключил его и подтолкнул меня к сеням.
— Подожди, дай хоть накину что-нибудь, — попыталась возразить я, но Брягинцев только хмыкнул и потащил меня к выходу.
— Одежда тебе не понадобится, — оказавшись на улице, заявил он.
— Да? — скептически усмехнулась в ответ.
Нет, волки, конечно, легко переносят холод в человеческом обличье, но все же, по морозу в коротком халатике как-то неуютно.
— И куда мы?
Я посмотрела на Стаса. Для человека, который собрался развлекаться, тот выглядел слишком уж напряженным и собранным: жесткий взгляд, нахмуренные брови, плотно сомкнутые губы.
— В лес, — разомкнув их, коротко ответил Брягинцев.
— Но я не могу…
— Ты обещала мне ночь, — жестко оборвал меня пришлый.
— Я хочу, чтобы это была волчья ночь.
Твою дивизию! Такого я не ожидала. Ведь сейчас даже не полнолуние!
Мысли лихорадочно метались в голове, а волчица ликовала. Предательница…
— Зачем тебе это нужно? — уже понимая, что проигрываю самой себе, спросила Брягинцева.
— Хочу кое-что проверить, — неохотно ответил тот, и в глазах его мелькнула непонятная эмоция.
— Что именно?
Сердце забилось сильнее. Так, как не билось еще никогда. Даже с Егором.
Стас встряхнул головой, и через секунду передо мной уже стоял крупный хищник. Красивый. С крупными серыми подпалинами на черных боках.
— Столько седины! — забывшись, прошептала вслух.
Если Стас — двоюродный брат Егора, то вряд ли у них такая уж большая разница в возрасте. Брагову тридцать два, а этому? Тридцать семь? Сорок? Или больше? Это что же ему пришлось пережить?
«Последствия бурной военной молодости» — отозвался внутри слегка измененный голос.
От неожиданности я вздрогнула.
Неужели, я правда это слышу? Но ведь тогда… Мысли смешались. Выходит, Стас — моя пара? Нет, не может быть! Я растерянно покосилась на волка. Тот неподвижно застыл на снегу темной глыбой, но все его тело казалось напряженным и готовым сорваться с места.
Представив свою волчицу, я опустилась на четыре лапы.
«Иди за мной» — приказал волк и потрусил к дороге.
Я не собиралась покорно уступать. Обогнав седого, юркнула под ель и помчалась по знакомой с детства тропинке.
