Но если бы стали звать на помощь, никто ни за что бы не вышел!"
"Кирилл Балашин уже спустился на нижнюю площадку и усиленно колдовал над телом. Вот он расстегнул брюки убитого и осторожно, без малейшей брезгливости, принялся стягивать их.
Ничего удивительного, работа у экспертов творческая. Все они должны увидеть собственными глазами, непременно пощупать, иначе не поверят.
— И где же работал Шурков? — спросил Чертанов.
Ерофеев на секунду задумался, а потом уверенно ответил:
— Где-то в администрации района.
Это точно! Во, вспомнил, курировал бизнес! Тут к нему постоянно приезжали на таких крутых тачках, что ого-го! Подойти боязно. При его возможностях другой давно бы себе уже дворец отгрохал, а он все в трехкомнатной квартире проживал. Иногда, бывало, зайдет откровенный разговор, я у него и спрашиваю, чего же ты, Валерий, свое благосостояние не улучшишь? Ведь есть же у тебя такая возможность. А он мне серьезно так отвечает: видишь ли, вот я сейчас с тобой стою, курю, никого и ничего не боюсь, а если начну во все эти дела впрягаться, так неизвестно, чем все закончиться может.
— Петр тяжко вздохнул и безрадостно продолжал: — А оно вот как обернулось. Никогда не знаешь, как оно лучше будет.
— А где у него сейчас семья?
— Вера с детьми уехала куда-то к родственникам. Кажется, в Сочи! Точно, у нее там сестра живет. Да-а, свалилось на нее теперь. За ним она была как за каменной стеной: и покой, и достаток, а теперь все самой.
— А чего это он так поздно возвращался?
Ерофеев обнаружил, что сигарета у него потухла, но вновь прикуривать не стал, бросил окурок в жестяную банку и принялся выуживать из пачки новую сигарету.
— Ничего себе, — воскликнул с нижней площадки Балашин. — Напрочь отрезал!
Чертанов предупредительно чиркнул зажигалкой. Ерофеев глубоко затянулся, выдохнув струйку дыма, поблагодарил легким кивком.
— А мало ли какие дела могут быть у человека, — резонно заметил он.
— Может, у него кто был? — осторожно предположил Чертанов и, кивнув в сторону покойника, сдержанно добавил: — Мужик-то он видный и, судя по всему, очень крепкий.
Такие бабам нравятся.
Смахнув пепел, упавший на брюки, Ерофеев с солидарностью в голосе согласился:
— А кто из нас без греха?
— И то верно, — кивнул Михаил.
— Вот вы, например, упустите случай, если на вашем пути повстречается барышня, какую только на обложках и увидишь? — хитро прищурился Ерофеев. В этот момент он напоминал кота, вдоволь нализавшегося хозяйской сметаны.
