Она помешивала сахар в чае, всыпав сразу три ложки. Я предложила ей живую воду в качестве средства от похмелья, но подруга отвергла такое нерациональное использование бесценной жидкости. Грех устроился на подоконнике, притворяясь спящим, но повернул подранное ухо в нашу сторону. На кухню вполз Брюс, царапая зубчиками дощатый пол. Кот тут же поднял голову, открыл глаза, морда его удивленно вытянулась.
– Он был уверен, что я именно этого и жду. Потому что я – цитирую: «Целенаправленно его соблазняла».
– Тут он прав.
– Да я и не отрицаю. Но при чем тут замуж?
Грех спрыгнул с подоконника, осторожно направился к тяпке, издали принюхиваясь. Облезлый хвост нервно дернулся.
– Разница менталитетов как она есть. И как он представляет вашу дальнейшую жизнь?
– Переезд в столицу, в казенное жилье, а потом, когда родятся дети, – в деревню, у него есть сбережения, на которые можно купить дом. Я буду сидеть с детьми и вышивать крестиком, а он воеводить.
– Даже о маленьких берсерках подумал, – умилилась Юля. – А я вот недавно спрашивала у Лютого, как оборотни рождаются – щенятами или детьми, так он тему поменял.
– Надо же, вы еще и разговариваете иногда, – подколола я подругу. – В общем, он настаивает, чтобы я уходила из этого дома.
Тяпка развернулась зубчиками к коту, и тот резво отскочил в сторону.
– Нет дома – нет проблем, – задумчиво произнесла Юля. – С его стороны это благородный поступок.
– И офигенно щедрый, – съязвила я. – Как я поняла, Яр считает, что наш потенциальный брак – мезальянс, и своим предложением он меня облагодетельствовал.
– Это в каком смысле? – Юля глотнула чаю. После вчерашнего кутежа с оборотнем, который куда-то слинял еще ночью, она выглядела слегка помятой.
– Он воевода, второе лицо после царя. Типа завидный жених.
– По-моему, на втором месте Амаранта, если не на первом.
– Он мне еще и ряд условий выкатил: носить платья в пол, не краситься, не колдовать…
– Может, он тебе и списочек составил, как Маргарита?
– Устно перечислил, – нахмурилась я. – И самое главное: не ходить в наш мир.
Мол, ничего хорошего он там не увидел, одни соблазны.
Грех тронул лапой тяпку и прыжками помчался в зал, Брюс посеменил за ним следом.
– Ну и как он перенес твой отказ?
– Плохо, – вздохнула я.
Ярополк вернулся примерно через час, волоча за шкирку Парнаса. Следом, чуть в отдалении, шла кучка любопытствующих запорцев. Воевода швырнул Парнаса на измятую траву у моего крыльца. Я вышла на порог, с интересом ожидая представления.
