Я просто хочу знать… Кхм… Какова его реакция на то, что вы каждый день забираете Виталика? Он обо мне не спрашивал? — я не скучала по мужу, нет. Более того, я ненавидела этого мерзавца. И вряд ли когда-нибудь смогу простить даже ради сына.
Мне хотелось знать, что этому подонку так же плохо, как и мне. А то и хуже. Хотелось услышать, что он мучается и страдает. Что осознаёт свои ошибки и сожалеет о поступках.
— Вашему мужу наплевать на вас. Сегодня утром мне открыла дверь ваша бывшая подруга. А он спал пьяный на диване.
Они развлекаются на те деньги, что получили от Марата Саидовича за вас с мальчиком. Ваш муж не мужчина. Он слабак. Смиритесь с этим и перестаньте унижать себя мыслями о нём, — словно по лицу ударил своими словами и ушёл, оставляя нас с Виталиком наедине.
Жестоко. И очень больно. Потому что я не заслужила такого. Не заслужила. По щекам покатились слёзы, но я упорно стирала их с лица, изо всех сил улыбаясь малышу, который усердно выводил карандашом в разноцветном альбоме какие-то замысловатые фигурки.
Принадлежности для рисования, кстати говоря, у него были другие. Как и кроссовки со свитерком. Ну хоть на что-то раскошелился папашка. Вернул сыну процент…
Сволочь! Какая же мразь! Как мог он так поступить с нами?! Ради чего или кого? Ради Аньки? Серьёзно?
Чувствуя, что вот-вот взорвусь, закрыла глаза, медленно выдохнула. Да я хоть в задницу Хаджиева целовать буду, лишь бы достичь своей цели! Я заберу своего сына, чего бы мне это ни стоило.
* * *Спустя несколько часов, когда няня забрала Виталика, и я осталась одна, начали прибывать гости.
Как на подбор чёрные глянцевые иномарки заезжали во двор, и за каждым новоприбывшим появлялись ещё одна-две машины с охраной. Все эти люди не простые… Все бандиты. По лицам их, словно из камня высеченным, видно. Да и какие друзья могут быть у Марата Хаджиева?
Почти все мужчины приехали с девушками, и мне стало не по себе от мысли, что все эти молодые, даже юные красотки — проститутки. Нет, я не осуждала. Достаточно вспомнить свою роль в этом доме… Но мне было их жаль.
Почему-то вспоминала наше знакомство с Маратом, и, казалось, что эти девочки тоже через подобное прошли. Как узнаю чуть позже, они не были шлюхами, и мало кто из них продавался, как продавалась я. Но у каждой история любви начиналась вовсе не с романтических свиданий и лепестков роз на постели.
Искренне надеясь, что обо мне забудут, сбежала в свою комнату. Мне нужно было обдумать, как забрать из того ада сына.
