Как оказалось, преждевременно, потому как, выдержав небольшую паузу, он добавляет. – Пока что.
Влад садится рядом и интересуется, что это значит.
– А это значит то, что она жива, пока никто из вас, – показывает на меня ладонью, – не совершил очередную глупость.
Бросив вилку и допив кофе, Герман заканчивает свою речь.
– Ей я это уже сообщил, теперь уведомляю тебя, Дана.
От его холодного тона мне становится не по себе. После такого обычно следуют угрозы как минимум применения насилия, максимум – убийства. Оказываюсь права.
– Если кто-то из вас ещё раз попытается сбежать. Или же, к примеру, связаться с полицией, украв у кого-нибудь из нас телефон, то другая немедленно будет убита. То есть, если ты попробуешь сделать что-то подобное, я найду тебя, а потом убью Лику. И поверь, это будет не мгновенная смерть.
– Мы всё равно умрем, – говорю я. – В чём смысл?
Герман улыбается и, постучав пальцами по столу, отвечает:
– А это как посмотреть. Кто знает, может, мы передумаем и решим оставить вас в живых?
Влад, сдвинув брови к переносице, бросает на брата недоуменный взгляд.
Герман же не собирается отказываться от своих слов.
У меня нет ни одной причины верить ему, тем более, что Влад уже говорил, почему они рассказали нам о своем плане, и это никак не вяжется с тем, что сейчас говорит мне Герман. Очередная манипуляция – дать ложную надежду тому, кто находится в ожидании мучительной смерти. Чёрта с два они оставят нас в живых. И если Лика клюнет на это, то я нет.
– Я поняла, – отвечаю я, мысленно пообещав себе, что обязательно постараюсь выбраться вместе с подругой и никак иначе.
Глава 9
Влад ничего не говорит брату, и я предполагаю, что если между ними и состоится серьёзный разговор о намерениях Германа, то явно не в моём присутствии. Я тоже молчу, пока мужчина не собирается уходить.
– Можно мне хотя бы увидеть Лику?
– Нет, – безапелляционным тоном отвечает он. Однако я не могу ничего не предпринять. Хочется сказать ему что похуже, но осторожность никогда не повредит, и я просто спрашиваю:
– Почему нет?
Герман удивлённо поднимает брови и смотрит на меня так, словно я – муравей, решившийся на дерзость перед господом богом.
– Сколько тебе лет? – интересуется он.
– Восемнадцать."
"– Ладно, – кивает, – спишем твою глупость на это. Хотя, я знавал более сообразительных девушек в твоём возрасте. Например, взять Лику. Всего-то на два года старше, а в сотню раз умнее. Если бы не попыталась сбежать, цены бы ей не было.
– Согласен, – кивает Влад.
