А два полицейских вполголоса, чтобы не слышал извозчик, вели интересный разговор.
Неимеющий чина в упор смотрел на статского советника и ждал продолжения.
– Так вот, представим себе, что на эту троицу вышел человек с большими капиталами, – закончил мысль питерец. – Ведь ворам нужен сбыт! Крупными партиями и по хорошей цене. Выгодной и для них, и для покупателя. Тем более если тот покупатель связан с парижскими, берлинскими или лондонскими миллионщиками. Этого человека по паспорту зовут Вырапаев, он промышленник-мануфактурист.
А в прошлом его кличка – Ларька Шишок. Бандит, но умный! «Похоронил» сам себя на каторге, поменял личину и сейчас «иван иваныч» в Петербурге. Нынешняя его кличка – Сорокоум…
– Сорокоум? – встрепенулся Татауров. – Так он существует? О Сорокоуме в тюрьме всякие сказки сказывают; я думал, что он выдумка.
– У вас и в тюрьме осведомление есть?
– А то как же. Генрих Иваныч – начальник толковый, он с меня требует службу. И деньги какие-никакие дает.
– Хорошо, что в тюрьме есть у вас глаза и уши, – обрадовался Лыков.
– Может пригодиться. Кстати о деньгах…
Он вынул бумажник, порылся и вручил екатеринбуржцу десять десяток:
– Вот вам сотня из сыскного кредита Департамента полиции.
– Ух ты! Но надобно расписку?
– Само собой, иначе Джунковский съест с потрохами. Он всех сыщиков считает мошенниками, жирующими на средства секретных фондов. Расписку даст Генрих Иваныч. А я продолжу. Если на трех главных в горном округе заправил выйдет Сорокоум, у них все сладится, с его-то мошной.
И масштаб покраж вырастет. Именно для этого, есть у меня такая догадка, «иван иваныч» прислал сюда Графа Платова. Давайте поймаем его вместе с заправилами.
– Давайте. А как?
– С помощью вашей агентуры и моего опыта. Надо взять ребят с поличным, с неучтенным золотом, которое вдруг взялось из воздуха. Начнем готовить такую операцию. На золото Шелашников сам к нам придет, как рябчик на манок."
"– А клад Лбова? Он действительно существует? – спросил столоначальник. – Сомнительно как-то.
И боевики правда хотят умножить его, скупая золото, и послать деньги на цареубийство?
– Я допускаю такое, – стал размышлять вслух Алексей Николаевич. – От атамана должно было остаться тысяч сто. Может, даже больше. Он держал деньги в кулаке и распоряжался ими единолично. Где-то они спрятаны. И его недобитые подельники знают где. Опасность реальна. Дело в том, Дмитрий Гаврилович, что наметилось сближение трех сил. Они начали объединяться еще в минувшее лихолетье.
