Чем тебя прижать? Слушай, может, ты все-таки расскажешь ей правду? Как-нибудь так деликатно, обходя острые моменты?
– И собственными руками разрушить в ее глазах светлый образ ее мужа, то есть себя? Последствия представляешь?
Некоторое время было тихо, а потом Болотин неуверенно сказал:
– В общем-то, есть у меня одна идея, только ты уж выслушай до конца и не ори. Короче, ты похитишь Маринку с Иринкой.
– Мы с тобой на берегу договорились, чтобы без криминала, а это 126‑я, пункт 2, подпункты «а», «д», «ж». До двенадцати лет, – сухо прокомментировал Садовников.
– Тебе принести УК РФ?
– Не надо, свой есть. – Раздался звук упавшей на стол книги. – Только ты примечание забыл, что лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности.
– Вот только такого позора мне на старости лет и не хватало!
– Да подожди ты! Никакого похищения не будет! Ты заберешь девочек из школы, сходишь с ними в «Макдоналдс», покатаешься на речном трамвайчике, покормишь мороженым, в кино сходишь… Ну, в общем, придумаешь что-нибудь.
Они тебя знают, любят, «дедушкой Ильичом» зовут… Просто проведешь с ними полдня, а вечером привезешь домой. А я за это время все разыграю как по нотам.
– А ты об Ольге подумал? – Голос Садовникова звенел от гнева. – Она же мать! Она с ума сойдет, когда узнает, что дочки пропали!
– Не сойдет. Я рядом буду…
– Ой, много ей радости будет от тебя, когда дети неизвестно где и неизвестно с кем! – воскликнул Ильич.
– Ну нет у нас сейчас другого выхода! – заорал Болотин.
– Я всю ночь не спал! Мозги только что не закипели! Все думал, как нам выкрутиться! Надеялся, что ты что-нибудь предложишь, а ты только критиковать горазд. А Ольге я потом все объясню. Она, конечно, не ума палата, но должна же будет понять, что я не ради себя одного, а ради всей семьи старался! Ради того, чтобы она с девочками потом ни в чем не нуждалась, потому что мне два века не жить! И так уже сердце временами прихватывает до того, что ни вдохнуть, ни выдохнуть! Или ты думаешь, я кокетничал, когда говорил, что эта проверка десять лет жизни у меня унесла! Если мы с тобой… – именно мы с тобой! – не сможем все устроить, то ведь, случись что со мной, все прахом пойдет.
Ольгу как последнюю лохушку разведут и нищей оставят!
Некоторое время стояла тишина, а потом Садовников сказал:
– Ладно, черт с тобой! Значит, забираю я девочек из школы… Ну, чем их занять, я найду. И вечером привожу домой, где ты все уже организовал.
