Взять прямо на полу или прижав к стене. Но сжимал кулаки и шел в холодный душ.
Он остужал, но не давал облегчения. Яйца гудели. Член вставал каждый раз, как я видел Василису. Одного взгляда было достаточно. Я специально носил обтягивающие трусы, чтобы хоть как-то угомонить взбесившуюся плоть.
Я хотел ее сейчас даже больше, чем до нашего первого раза. Потому что знал, как ахуенно мы трахаемся. В голове эхом отдавались ее стоны. И член сводило до боли от воспоминаний, как она сжимает его.
Но, сука, я должен был устоять.
Чтобы она, наконец, поняла, что я на самом деле люблю ее, а не только на словах.
Да, мне нужен от нее секс. Еще как нужен. Но не только он. Я ведь хочу, чтобы только она была рядом. Только она.
И вот она здесь. Покорно смотрит на меня. Ждет ответных действий.
Но нет, маленькая, нет. Еще рано. Я хочу, чтобы, когда я дам тебе то, что ты так желаешь получить, чтобы ты дрожала от благодарности. Чтобы сама не давала мне слезть с тебя и была согласна на все.
На все, что я себе уже напредставлял.
У меня член сейчас порвет просто брюки, а еще она со своей рукой.
Еще раз смотрю на соски, которые вздрагивают под тонкой тканью. А там, внизу, ведь наверняка течет. Проверить?
Нет. Тогда я точно не остановлюсь.
А я должен выдержать. Хотя бы еще одну ночь. Еще один холодный душ.
Большим пальцем провожу ей по подбородку.
— Там в аптечке снотворное есть. Иди выпей, — говорю я, сдерживая ухмылку, замечая вздох разочарования Василисы.
— Но Давид…
— Синяя упаковка.
Василиса сжимает губы. Резко встает и уходит. Даже не обернувшись.
Шелк мягко ложится на упругую задницу и колышется при ходьбе.
Как давно я не шлепал ее по заднице, трахая раком.
Сука. Опять.
С остервенением тяну с себя рубашку и иду в душ. Стою под напором ледяной воды, уперевшись руками в стену и опустив голову.
Смотрю на торчащий член.
Ничего не помогает.
Хочу Василису.
Даже ледяная вода не может потушить желание трахнуть.
Сука. Да гори оно все синим пламенем.
Не могу больше.
Выхожу из душа и одеваю боксеры.
Так надо.
И поднимаюсь наверх. В спальню.
Василиса лежит на боку, спиной ко мне.
Яйца приподнимаются от нетерпения. Сжимаю ладонью член, пытаясь хоть немного успокоиться.
Иду к кровати. Забираюсь под одеяло и прижимаюсь к Василисе. Обнимаю ее рукой и членом упираюсь в попку.
Сука. Стало еще хуже.
Губами касаюсь плеча. Веду поцелуями к шее. Тоненькая голубая венка начинает биться все чаще и чаще.
