Поднимаюсь в спальню, принимаю душ и ложусь в кровать. Честно пытаюсь уснуть. То на одном боку, то на другом. В итоге лежу на спине и смотрю в потолок. Недолго.
Вскакиваю с кровати. Осматриваю себя в зеркало. Поправляю пеньюар и сбившиеся волосы и выбегаю в коридор.
Тихо ступая, подхожу к той самой комнате, куда ушел Давид. Прислушиваюсь — тихо. Дверь приоткрыта и я несмело вхожу.
Оглядываюсь в полумраке — Давида нигде нет. Но потом замечаю его голову из-за спинки кресла перед камином.
Зажмуриваюсь, набираясь смелости, и иду к нему.
Сразу же обхожу кресло и встаю перед Давидом.
Он сидит в кресле в расстегнутой рубашке. В руке стакан.
Давид медленно поднимает на меня глаза.
— Что случилось? — спрашивает, проходя по мне обжигающим взглядом.
А у меня соски от напряжения торчат и упираются в тонкий шелк. И именно там и задерживается взгляд Давида.
— Давид, — я сажусь на колени перед ним, — я заснуть не могу.
— Что такое? — ухмыляется он. И смотрит мне в глаза.
Я беру его стакан и залпом выпиваю содержимое.
В горле сразу же жжет, глаза слезятся. Что за гадость.
— Полегче, — смеется Давид. Потом наклоняется ко мне и берет за подбородок. — Я не узнаю тебя, Василиса, — смотрит пронзительно. — Почему ты не спишь?
Я кладу руки ему на ноги. Он бросает на них быстрый взгляд. И опять в глаза.
— Давид, — опять говорю я. — Почему ты такой?
Видимо, алкоголь придал мне уверенности и я спрашиваю прямо."
"— Чтобы ты не думала, что мне от тебя только секс нужен, — говорит он, все еще удерживая меня за подбородок.
— А я так и не думаю, — почти шепчу. — Я…
Вместо слов кладу ладонь ему на голую грудь и веду вниз. Останавливаюсь на ремне.
Давид опускает взгляд и смотрит. Как будто ждет, что же будет дальше. И я веду руку еще ниже. Но он перехватывает ее.
— Сука, — произносит чуть слышно.
Тогда я приподнимаюсь и тянусь к его лицу. Несмело касаюсь губами еще щеки. Потом носа, глаз. Опять щеки. Отстраняюсь и смотрю на рот Давида.
Если он сейчас не сделает следующий шаг, то я точно уйду.
Жду, а у самой дрожь по телу. И Давид это видит. Он все видит.
Ну же, Давид, хватит мучить и себя, и меня! Помоги мне…
Глава 22. Давид
Вот она стоит передо мной на коленях. Вся такая хрупкая, преданная и… моя. Я, наверное, впервые читаю в ее глазах желание. Конечно, она хочет. Не говорит прямо, но я легко угадываю это по ее настроению.
Соскучилась.
Мне и самому пиздец как нелегко. Быть с ней рядом и не прикасаться.
Сколько раз я хотел наброситься на нее.
