Чего бы не взять? Чего бы не трахать?
Ну не жениться же на мне, в самом деле!
По пути попалась какая-то пиццерия, и я, внезапно ощутив лютый холод, зашла туда и плюхнулась за свободный столик.
Денег на еду не имелось, но тут, слава богу, было самообслуживание, потому меня никто не дергал с заказом.
Я сидела, смотрела в окно, на спешащих по делам людей, на жизнь, проходящую мимо меня…
И ни о чем не думала.
Вообще.
Словно я не только снаружи заморозилась, но и внутри.
И все никак не получалось оттаять.
Наверно, для этого мне нужно было добраться туда, где действительно тепло? А где это место? Где?
Я думала, рядом с Тигром. А оказалось…
Так ни до чего и не додумавшись, ничего не решив, я встала и пошла дальше.
Туда, где меня пусть и не ждали, но хотя бы были рады видеть.
Возле общаги дорогу мне перегородила массивная фигура Тигра. Поджидал тут, оказывается, в тачке.
А я и не подумала об этом.
Тигр оттеснил меня к стене рядом с общажной дверью, наклонился…
Но в этому моменту я до такой степени вымерзла внутри, что даже толком не среагировала на его действия.
И слова.
Он ведь что-то говорил, я слышала. Но дальше ушей слова его не проходили.
Я смотрела на его шевелящиеся губы. На яростно и настойчиво сверкающие глаза. На жесткие смуглые пальцы на своем локте."
"И ничего не отвечала. Ничего.
— Ну, чего ты молчишь, Мара? — от волнения в его голосе прорезался легкий акцент. Раньше меня это заводило. А сейчас…
Тигр наклонился еще, приподнял меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза.
— Ты слышала, что я сказал?
— Да, — ответила я.
— И что скажешь?
— Ничего.
— Это как? Ты не пори херню! — злобно прорычал он, — я больше предлагать не буду! Особенно, после того, что ты сделала!
— Поняла.
— Что ты поняла? Что поняла?
— Поняла, что больше не будешь предлагать.
— И чего? Согласна? Мара, — его голос снова поменял интонации, став чуть ли не упрашивающим, — ну тебе отвечаю, это просто семейные дела! Они вообще тебя никак не коснутся! Просто если разорву все сейчас, то с родителями поссорюсь, понимаешь?
— Понимаю.
— У нас в семье так принято. Лалик с рождения просватана. Если я не женюсь на ней, она опозорена будет. И моя семья тоже.
— А дети?
— Что дети? — моргнул он чуть удивленно.
— Ну… Если у вас будут дети…
— Ну хорошо, — пожал он плечами, явно не видя в этом ничего особенного, — но это вообще нескоро.
