– С этим можно поспорить, – рассердился Кузя, – как правило, наоборот, из своего кармана в буфете рассчитываешься.
Но я быстро положила на стол еще одну купюру.
Когда мы остались одни, Сеня фыркнул:
– Странно, что он не выцыганил рубли на новую одежду и ботинки, не додумался сказать, что стоптал подошвы, пока от калитки до дома шел, и штаны вместе с рубашкой измазал.
Мы стали обсуждать то, что узнали от младшего сына Раисы. Кузя не принимал участия в беседе, рылся в своих ноутбуках. В конце концов молчание парня разозлило Дегтярева.
– Чем ты занимаешься, – налетел он на компьютерного гуру, – пиццу заказываешь?
– Если верно то, что нам рассказал Кирилл, – протянул Кузя, – то Елена, которая прикидывалась Сталиной, сбежала из квартиры Маратовой, прихватив дочь, драгоценности и документы настоящей хозяйки. Перед тем как покинуть дом, она беседовала по телефону с Петром Робертовичем. Имя простое, но отчество не самое популярное. У меня возникла идейка. Я ее проверил. Нашел несколько мужиков с такими данными.
Но смотрите, у кого был ближайший родственник Петр Робертович!
– Интересно, – оживился Дегтярев, увидев на экране ноутбука фамилию, – думаю, нам надо собрать здесь основных действующих лиц. Пришла пора побеседовать.
– Согласна, – тихо произнесла я, – но до этого хочется съездить в Юрасово.
– Зачем? – спросил Сеня.
– Потолок покоя не дает, – объяснила я.
– Какой? – уточнил Сеня.
– Тот, что над головой я видела, – вздохнула я.
– Потолок всегда над головой, – заметил Собачкин, – объясни по-человечески.
– Сейчас я все растолкую, – остановил его Дегтярев.
Глава тридцать девятая
Во вторник в полдень в нашем офисе собралась теплая компания: Дегтярев, Кузя, Сеня, Леня, я и Анна. Александр Михайлович рассказал Волковой о том, что нам удалось узнать. Девушка помолчала, потом спросила:
– Моя бабушка, возможно, та Лена, которая прикинулась Сталиной?
– Пока мы склоняемся к этой версии, – кивнул Дегтярев, – но вы должны понимать: в этом деле все зыбко.
– Мы надеемся, что сейчас сюда придет человек, который немного разгонит туман, – добавила я, хотела продолжить, но не успела, потому что услышала голос Аристова:
– Я правильно понял? Мне надо в данный дом?
– Да, да, – громко сказал полковник, – входите, пожалуйста.
– Добрый день, господа, – заулыбался Михаил Петрович, появляясь в комнате. – Дашенька, счастлив вас видеть. Чем могу служить?
– Кофе, чай? – предложила я.
