Но если бы на этом основании кто-нибудь решил, что Хемингуэй обязан своей карьерой не столько собственным достоинствам, сколько простой удаче, скоро ему пришлось бы убедиться, что в данном случае внешность выглядит еще более обманчиво, чем всегда.
Инспектора не устраивали показания Стивена, а камердинер не внушал ему доверия; поэтому, не имея на то ни малейших доказательств, Хемингуэй все-таки подозревал, что между ними существует какой-то сговор. Он уже отправил в Лондон отпечатки пальцев Форда и выяснил у него фамилии и адреса двух последних работодателей.
Тот сообщил их с такой готовностью, что дальнейшая проверка казалась малоперспективной. Однако инспектор был не из тех людей, кто пренебрегает даже призрачной возможностью.
На допросе Форд заявил, что накануне днем плотно закрыл окна в спальне Натаниэля и то же самое делал каждый день, поскольку покойный мистер Джерард не любил ночной свежести. Старри подтвердил его слова, добавив, что не может ручаться за камердинера и прочих слуг, но сам он всю зиму ровно в пять вечера запирал окна в гостиной.
– Потому что так распорядился покойный мистер Джерард, – заключил он.
Хемингуэй принял это к сведению, отметив, что остаются еще два вопроса. Если камердинер помогал Стивену, его показания можно просто не учитывать; а если не помогал, Стивен, уйдя из гостиной раньше Натаниэля, мог незаметно подняться в спальню дяди и открыть окно. Инспектор установил, что подняться в окно спальни без лестницы нельзя. Значит, следовало ее найти.
Он дал сержанту соответствующее поручение, и когда его разговор со Стивеном подошел к концу, Уэр уже готовился отчитаться о проделанной работе.
– В доме нет никаких лестниц, сэр, только пара стремянок, но они слишком короткие. Я, как вы велели, полазил вокруг особняка и нашел-таки подходящую лестницу.
– Прекрасно, – кивнул Хемингуэй. – Где она?
– Возле гаража есть брошенная конюшня, шофер говорит, что садовник держит там инвентарь и всякую всячину. Но вчера днем он уехал домой и вернется только послезавтра, а где ключи, никто не знает.
Там есть маленькое окно, но оно заколочено. Через него я и увидел лестницу.
– Наверное, он прячет ключ в каком-нибудь тайнике. Обычное дело.
– Да, но я все перерыл вверх дном и ничего не нашел. Шофер утверждает, что садовник увез ключ с собой: он, мол, боится, что кто-нибудь стащит его инструменты или разворует яблоки, которые тот хранит на чердаке.
– Где он живет?
– В деревне, милях в двадцати к северу.
