Пола наконец обрела дар речи и пробурчала:
– Терпеть не могу бумажные игры.
– Многие так говорят сначала, – возразила миссис Дин, – а потом присоединяются к остальным.
– Мамочка мастерски организует игры, – сообщила Валери.
– Только без меня! – отрезала Пола, откинув со лба челку.
– Будь вы одной из моих девочек, – игриво заметила миссис Дин, – я бы посоветовала вам не глупить.
Выражение лица Полы стало таким грозным, что Матильда, решив, что с нее хватит эмоциональных встрясок, встала из-за стола, пробормотала извинения и вышла из комнаты.
В коридоре она встретила Стивена.
– Что, сдали нервы? – спросил он.
– Увы. Ей бы пойти в массовики-затейники.
– Пола с ней разберется, – равнодушно бросил Стивен.
– Не сомневаюсь, но у меня уже нет сил смотреть на подобные сцены. Имей в виду: если в этом доме начнутся «спокойные игры», я уйду спать, сославшись на головную боль.
– Не начнутся. Вероятно, я недолго буду здесь хозяином, но на этот вечер – наверняка.
– Ценю твое извращенное чувство юмора, но шутка мне не нравится.
Он рассмеялся и открыл дверь в библиотеку:
– Заходи. Я распоряжусь, чтобы чай принесли сюда.
– Ты уверен? Выглядит как-то невежливо.
– Кому какое дело?
– Уж точно не тебе. И не мне.
Стивен позвонил прислуге и бросил на нее странный взгляд.
– Ты пока держишься, Матильда?
– Да, но с трудом. Завидую Мод и ее спокойствию. Вся эта история – сущий ад. Что тебе сказал полицейский?
Он пожал плечами.
– То, что следовало ожидать. Кажется, он явился ко мне после содержательной беседы со Старри.
– Не выношу вашего Старри! – воскликнула Матильда.
– И я тоже. Если выпутаюсь из передряги, сразу его уволю. Вчера я видел, как он подслушивал у двери, когда дядя громил пьесу Ройдона. Он мне этого не простит.
– Мне всегда казалось, что ваш дворецкий из тех, кто при случае может вонзить нож в спину.
Матильда прикусила язык и покраснела.
– Продолжай! – подбодрил Стивен. – Чего ты испугалась? Не волнуйся, я не приму это на свой счет.
Она покачала головой.
– Думаю, Старри переврал все слова, которые говорил тебе Натаниэль.
– А там и перевирать нечего. Он ясно выразился, что не желает видеть меня в доме.
– Все знают, что он говорил не всерьез!
– Попробуй объяснить это инспектору Хемингуэю. По-моему, я крепко влип, Матильда.
Ее вдруг захлестнула необъяснимая ярость.
– И поделом тебе, потому что ты вел себя как болван! Какого черта ты со всеми ссорился?
Стивен не ответил, потому что в комнату вошел слуга.
