Как он мог так со мной поступить? После всего, что я пережила? После всего, что мы пережили вместе?
Ложь Артема о том, что уехал в командировку, его испуганное, бледное лицо, когда он заметил меня — все это говорило о его вине лучше всяких слов. Все это делало реальными мои самые страшные кошмары."
"Другая женщина родила ему ребенка. Чужой малыш звал его папой. Чужие руки касались того, кто клялся мне в любви.
Зачем он мне врал? Именно этот вопрос прожигал грудь душащим пламенем. Почему не поступил честно, почему не ушел?
Я ведь ожидала этого.
Я, казалось, была готова к подобному исходу. Но от этого было ничуть не легче.
Я вдруг поняла — это ведь случилось не вчера. Ребенок не появляется за день. Перед глазами снова встало лицо мальчика — ему было уже три или четыре года. А это значило…
Новый приступ боли прокатился по душе оглушительной канонадой. В то время, как я отчаянно боролась за право стать матерью… когда отдавала ради этого все — свое здоровье, все время, все силы — мой муж пошел самым простым путем.
Он завел ребенка на стороне. Он уже несколько лет вел двойную жизнь, о которой я, замкнувшаяся в своей беде, даже не подозревала.
Вдруг вспомнились его сильные руки, что так бережно прижимали к себе после каждой новой неудачи. Его губы, что вот только сегодня утром целовали так, что я сходила с ума… Чем все это было? Жалостью, притворством?
Последняя мысль заставила выпрямиться в кресле, собрав по кускам остатки собственного достоинства. Я так отчаянно любила, но жалость в ответ мне была совсем не нужна.
Глядя болезненными глазами прямо перед собой, я завела машину и направилась к месту, которое еще сегодня утром звала своим домом.
Направилась в последний раз.
— Ника!
Едва стоило мне войти в квартиру, как Артем буквально выбежал навстречу. Его присутствие дома застало меня врасплох — разве не должен он был находиться сейчас с теми, к кому сбежал под предлогом командировки?
Муж кинулся ко мне, протянув навстречу руки, намереваясь заключить в объятия. Испуганно шарахнувшись в сторону, я на грани истерики выкрикнула:
— Не подходи!
Он потрясенно замер.
Я же шарила вокруг безумным взглядом, словно ожидала, что где-то здесь он прячет своего внебрачного ребенка. Но никого больше не было. Только я и он.
— А где?.. — выдохнула, не закончив фразы.
Артем не стал делать вид, что не понял. Сжав руки в кулаки, процедил:
— Никита со своей матерью.
Никита… Он назвал сына в честь своего отца. Так, как мечтала назвать я сама.
