Проснулась она в половине восьмого и подскочила как ошпаренная: через час придет Регина, а ей ровно в это же время надо выскочить из дома. А еще ванная, кофе, а главное – Клара.
Умылась, сделала пару глотков кофе, оделась и пошла к Кларе. Та спала. «Сон – мое спасение, – говорила она, – во сне я не думаю».
Юля осторожно подошла, поправила одеяло – Кларино лицо было спокойно. Юля вздохнула и вышла из комнаты. Мимолетом глянула в зеркало – ничего себе! Вот вам и картошечка с огурчиками и полбутылки вина! Любуйтесь! Под глазами набухли мешки – «пельмени», как их называла Клара.
«Ладно, пройдусь по воздуху, приду в себя»."
"Юля схватила сумку и посмотрела на часы – половина девятого, точная, как швейцарские часы, Регина опаздывала. Ладно, Клара спит, а Регина явится с минуты на минуту. Юля закрыла дверь и побежала по лестнице вниз. Тревоги на сердце не было. И погодка стояла что надо. Она быстро шла по свежему скрипучему снегу. «Так бы и шла, – подумалось ей, – шла и шла по любимому городу!» Как она любила Москву и как успокаивалась, глядя на знакомые улочки и дома! Через полчаса она вбежала в здание, где располагалась редакция.
День прошел быстро, а после работы большой компанией закатились в кафе. На улице лежал снег, и за окном было светло и празднично, домой совсем не хотелось. Но, посмотрев на часы, Юля вздохнула – пора. Наступала ее смена. Регина уже ушла, а значит, надо спешить.
Дверь в квартиру была приоткрыта. Регина сидела на кухне.
– Наконец-то! – поднявшись со стула, сказала она и вышла в коридор.
Почувствовав неладное, Юля замерла:
– Что-то случилось? Как Клара?
– Клару увезли. В два часа дня.
– Куда? – растерянно спросила Юля.
– В морг, Юлия, – спокойно ответила Регина, завязывая перед зеркалом шарф. – Там, – Регина кивнула в сторону кухни, – все написано. Завтра с утра вам туда.
– Что случилось? – не в силах осознать происходящее, спросила Юля.
Регина посмотрела на нее с удивлением:
– Она умерла. Мертвых, Юлия, забирают в морг. Врач сказал, это случилось еще ночью.
Ну все, я пошла. – Регина аккуратно закрыла за собой дверь.
Юля опустилась на табуретку. Значит, когда она пила кофе, шла по любимым улочкам, была на работе, а потом веселилась в кафе с коллегами, Клары уже не было?
И Юля заплакала.
Все, что она смогла сделать, – это позвонить в Мансуровский. Через полчаса приехали папа и Ася. Юля раскачивалась на стуле и повторяла:
– Дождалась. Дождалась прописки – и все, ушла.
Александр Евгеньевич гладил дочку по голове.
