Что? Нет, не скажу, буду держать интригу! Но я вас точно обрадую, не сомневайтесь. Мало свободного времени? Да и у меня, если по правде. Давайте на Пушкинской в половине восьмого? Обещаю, что не задержу вас. Хотя я бы с большим удовольствием повторил ту встречу. И тот ливень я вспоминаю с большим удовольствием, и темный подъезд…
Юля разговор не поддержала.
– Ну как, договорились? В половине восьмого на Пушкинской? – разочарованно повторил он.
– Договорились, – сухо ответила Юля и про себя добавила: «Попробуй с вами не договориться».
"
"В половине восьмого она стояла на Пушкинской. Снова заморосил дождь, пока, по счастью, мелкий. «Опаздывает, – посмотрев на часы, хмыкнула Юля, – видимо, государственные дела». И тут она увидела Кружняка. Он был растерян, оглядывался по сторонам, но ее, спрятавшуюся под козырьком, не видел. Его застывшая высокая фигура в светлом плаще выделялась среди торопящихся в укрытие. И Юле вдруг стало жалко его, растерянного, расстроенного, промокшего, и она вышла навстречу.
Увидев ее, Кружняк расплылся в улыбке. «Смешной», – подумала Юля и вплотную подошла к нему.
– Ну что, промокли? – с усмешкой спросила она. – Вот будете назначать свидания малознакомым девушкам!
Кружняк улыбнулся и, спохватившись, достал из портфеля сверток.
– Прямо здесь? – уточнила Юля. – А может, зайдем в метро?
В метро развернула и, увидев, обомлела. Это был лучший подарок в ее жизни – большой зеленый том Булгакова, «Мастер и Маргарита», и томик стихов Ахматовой.
– Ну, спасибо, – медленно протянула Юля. – Честно говоря, не ожидала…
– Угодил? – обрадовался Кружняк.
– А хотели?
– Очень, – не замечая ее сарказма, серьезно ответил он.
– Ладно. Просите, что пожелаете. Заслужили.
– Тогда обед? – искренне обрадовался он и посмотрел на часы. – Или уже ужин?
Юля понимала, что он влюбился. Наверняка Кружняк не откажется помочь с пропиской. Но что дальше? А дальше надо будет выразить благодарность. Готова ли она на это?
«Готова», – самой себе ответила Юля.
Но не семейный статус Кружняка, не его больной сын мучили Юлю – она была далека от подобных рефлексий. Кружняк был человеком из конторы. И как с этим быть, она не знала. «А может, все не так страшно? – пыталась она успокоить себя. – В конце концов, везде есть нормальные люди».
Квартира, куда спустя три дня ее привел Кружняк, находилась в новостройке на окраине города. Типичная девятиэтажка, которые по всей Москве росли как грибы.
