– Жене, – прошептал он пересохшими губами, – пожалуйста, позвоните жене! И дайте попить, умоляю! Дайте воды!
Ася сидела у кабинета заведующей. Полчаса, час, полтора. Время шло медленно, по минутам. Почему самые радостные часы и дни пролетают мгновенно, а дни скорби и печали тянутся, как застывшая медовая нить? Ей казалось, что часы встроены ей в голову. «Тик-так. Тик-так. Тик-так». Отсчет. Почему такой четкий и ясный звук? Такой же невыносимый, как звук капель из подтекающего крана. Голова не просто болела – рвалась на куски.
Ася подняла глаза и увидела часы, обычные настенные часы, которые висят в больничных коридорах, в поликлиниках, сберкассах. Все понятно, это они. Они, а не Асина голова, ну и на этом спасибо.
«Значит, когда я отсюда выйду, звук прекратится и утихнет боль. Только когда я отсюда уйду?» Ася огляделась. Время тихого часа, ходячих разогнали по палатам, лежачие и так не выходят. На посту, уронив голову на руки, дремлет немолодая усталая медсестра. В конце коридора шаркает шваброй нянечка.
Мокрый линолеум бликует на солнце. Пахнет больницей и щами. Громыхнули дверцы лифта, а следом раздался металлический скрежет тележки – послеобеденную посуду увозили в столовку.
Ася с трудом подавила зевок – душно. На улице солнце, а здесь все плотно закрыто. Тяжелый, спертый больничный воздух, почему не проветривают?
Пахнет мокрой мешковиной. Ася помнит этот запах – в поликлинике, где она когда-то работала, полы мыли мешковиной. Неужели не придумали ничего нового? Какое-то Средневековье.
Господи, когда же придет эта заведующая? У них, видите ли, конференция у главврача, и проигнорировать ее невозможно. Но прошло почти два часа! А если она не вернется в отделение и уйдет домой? Страшно подумать. Тогда придется остаться на ночь.
Тишину прервал стук каблуков, и в конце коридора показалась женская фигура.
Она? Ася привстала со стула.
По решительной походке было понятно, что это начальство. Увидев, что ее ожидают, заведующая нахмурилась.
Понятное дело. Собралась домой, а тут какая-то баба у кабинета.
– Вы ко мне? – строго спросила заведующая. В голосе слышались раздражение и досада.
– К вам. Я жена профессора Ниточкина. Он поступил к вам…
– Заходите, я в курсе.
В кабинете было свежо и прохладно.
Привстав на цыпочки, заведующая ловко закрыла форточку и указала на стул:
– Присаживайтесь.
Ася послушно опустилась на стул.
Заведующая начала рыться в горе бумаг и наконец выцепила нужную.
