Она-то решила, что этот факт покажется безобидным и поможет выстроить доверительные отношения, но эффект вышел противоположный. Они воспользовались ее слабостью против нее же самой – стреляли из того оружия, что Трина сама вложила им в руки.
Она дошла до Хольмена, до дома с современными роскошными квартирами, и бросила взгляд на окна верхнего этажа. Там горел свет. Однако перед входом стояла машина, в которой сидели двое полицейских. Они за ним приглядывают. Трина улыбнулась самой себе и пошла по грязному газону, обходя здание.
Пока она держится поодаль, в темноте, ее никто не заметит.
Оказавшись у стены, которая смотрела на воду, она по узкому причалу дошла до задней двери. Ее редко запирают. Трина потянула ручку, и дверь с тихим скрипом открылась – перед ней оказалась темная лестница, чьи ступеньки вели на самый верх. Она прошла мимо выключателей и стала подниматься в темноте.
Глядя в стеклянный фасад, она видела, как в угольно-черной воде отражаются вспышки света. В том, что она прокралась мимо стражей порядка, было что-то неприличное.
Неожиданность. Ее охватило возбуждение, и на мгновение она забыла уныние, которое изначально и привело ее сюда. В кармане Трина потной ладонью сжимала маленькую коробочку.
Неужели он не почувствует, что она пришла? Догадается, что она идет?
* * *"
"Петер Демант прислушался. Кто-то стоит у двери? Быть такого не может. Он минут десять-пятнадцать простоял в темной библиотеке, глядя на патрульную машину у входа. Из нее никто не выходил, и никто не подходил к подъезду.
Никто не звонил. Разумеется, мог зайти сосед, но за те пять лет, что Петер здесь прожил, соседи ни разу не стучались в его дверь. А ведь уже начало одиннадцатого.
В дверь снова постучали – сомнений не осталось. Привычка являться без предупреждения была лишь у одного человека, и он не хотел его видеть. Сделав пару шагов, Петер замер.
Возможно, в итоге она уйдет, но потом начнутся звонки – всю ночь, до самого утра, а в конце концов она явится к нему в клинику.
Петер посмотрел в глазок и нехотя отпер дверь.
Она – промокшая под дождем, закутанная в черный плащ, достойный кинозвезды.
– Привет, Трина, как ты вошла?
Она загадочно улыбнулась и прошла мимо него в квартиру, не разувшись. Петер отметил, что она оставляет на деревянном полу мокрые следы, но ничего не сказал.
– Поздно уже. Чем я могу тебе помочь?
Трина, не снимая плаща, села на диванчик, подходивший к его белому кожаному стулу Eames, и скрестила ноги. Он разглядывал ее с растущим отвращением.
