Если не успеет домой раньше Свенна и ребенка, будет трудно объяснить, каким образом ее одежда окрасилась в темно-серый от пыли и грязи, раз она спокойно спала на диване. Внутри жгло от вранья.
Фреденс-хавн. Как бы ей туда попасть?
Глава 13
Йеппе успел два раза обойти забитый посетителями ресторан на Стуре-Страндсгаде, прежде чем нашел Петера Деманта на улице – во дворике под навесом. Он сидел один за столиком на двоих и читал, держа книгу над тарелкой с остатками стейка. В открытом очаге горел огонь – видимо, ради одинокого психиатра и его книги.
Йеппе пришли на ум художники прошлого столетия, жившие в Париже.
В крепком темноволосом и кудрявом мужчине, который сидел один, была некая меланхолия – романтика и в то же время грусть.
Фальк остался в управлении – организовать наблюдение за сотрудниками интерната и просить шведскую полицию найти Лисбет Рамсгорд. По правде говоря, у Йеппе не было сил тащить его с собой, хотя ему не следовало бы допрашивать подозреваемого одному. Но про это не обязательно кому-то знать.
"
"Когда Йеппе подошел к столику, психиатр медленно поднял глаза от книги, держа палец на странице в том месте, где он остановился.
– Да?
Не то чтобы недружелюбно, но и не особо доброжелательно.
– Йеппе Кернер. Из Копенгагенской полиции. В вашей приемной мне сказали, что вас можно найти здесь.
– Я обедаю.
Его лицо по-прежнему ничего не выражало.
– Приятного аппетита. – Йеппе сел. – Мне нужно задать вам несколько вопросов: убиты ваши бывшие коллеги – вы вместе работали в интернате «Бабочка».
Так как есть вероятность, что вам могут быть предъявлены обвинения и ваши слова могут быть использованы против вас в суде, вы имеете право не отвечать. Естественно, мне бы хотелось, что вы нам посодействовали.
Демант загнул уголок страницы и отложил книгу. Затем отставил тарелку, положил руки на стол и кивнул.
– Где вы были последние три ночи?
– Дома. В своей постели. Вчера в 22:00 у меня была сессия по видеосвязи с клиентом, который живет во Франции.
– Как зовут клиента?
Психиатр усмехнулся.
– Вы прекрасно знаете, что я не могу ответить на этот вопрос. Я врач и обязан хранить врачебную тайну.
Может так случиться, что эти обязательства с него довольно быстро снимут, подумал Йеппе, но не стал развивать тему.
– Насколько близкие отношения связывали вас с убитыми?
– Их не было. Я не общался с теми, кто работал в интернате Риты, с тех пор, как он закрылся. А тогда я более-менее знал только саму Риту.
