– Отец, – Рад смотрит на своего родителя исподлобья, а под столом незаметно сжимает мою руку. – Обойдёмся без твоих “шуток”. А это моя сестра Оля и её муж Тимур.
Переключаю внимание на миловидную брюнетку. В отличие от своего отца, девушка широко улыбается и она явно не настроена против меня, что не скажешь о Вячеславе.
– А я вас помню, – говорит Оля, а я от стыда готова провалиться под землю и желательно поглубже. – Очень нехорошо тогда получилось. Извините.
– Вам не за что извиняться. Это я прошу прощения за ту сцену.
И пока мы обмениваемся тёплыми взглядами, муж Оли всё время молчит, и у меня складывается впечатление, что ему сейчас фиолетово и он хочет только одного – побыстрее свалить.
К нашему столику подходит официант и начинает расставлять блюда.
Рад пододвигается ко мне ближе и шепчет на ухо:
– Я заказал для тебя лёгкий овощной салат и медальоны из кролика с соусом. Ты же такое ешь или выберем что-то другое?
– Нет. Пусть будет. Мне всё подходит, – улыбаюсь в ответ и вздрагиваю, когда слышу хлопок – официант только что откупорил бутылку шампанского.
– Наташа не пьёт, – Рад отставляет в сторону фужер и вместо игристого напитка наполняет стакан соком, – апельсиновый, верно?
– Ты запомнил. Верно.
– Вы за рулём или не пьёте по состоянию здоровья? – интересуется Вячеслав и пока я собираюсь ему ответить, Рад говорит за меня.
– Наташа беременная. Ей нельзя пить.
За столом повисает гробовая тишина. И я боковым зрением улавливаю, как зеленеет отец Радмира.
***
Радмир"
"– Пригласи меня на танец, пожалуйста, – шепчет на ухо Наташа, сжимая под столом мою руку.
Вытираю салфеткой губы, прокашливаюсь.
– Прошу прощению. Хочу пригласить свою даму на танец.
И не дожидаясь реакции родственников молча встаю из-за стола и отодвигаю стул, когда Наташа с него поднимается. Она смотрит на меня с благодарностью и хоть держится достойно, я чувствую, как её всю трясёт, когда наши пальцы перекрещиваются в замок.
– Спасибо, что спас меня, – говорит она, когда отходим от столика на безопасное расстояние.
– Не слушай моего отца, – остановившись на импровизированном танцполе, начинаю вести Наташу в танце и пока мы двигаемся, покачиваясь в такт музыки, не разрываем зрительного контакта. – Мне вообще пофиг, что он скажет. Его мнение ничего не изменит. Ты моя! И это на всю жизнь.
– Папа будет рвать и метать. Я ему не понравилась.
– Это его проблемы. Я свой выбор сделал.
Наташа прижимается плотнее, скользит по моим плечам ладонями и руками оплетает шею.
