– А это моё детище, – говорю хоть что-то, чтобы разрядить обстановку, а затем добавляю: – как видите, у меня есть кое-какой бизнес, это не миллионы, да. Но я далеко и не бедствую.
На мою реплику Сергей лишь ухмыляется и вскидывает бровь.
– Это я к тому сказала, чтобы вы знали, я не преследовала никаких корыстных целей от нашего возможного родства. Да, кстати, приглашаю на кофе, раз уж вы здесь.
– Спасибо, Наталья, но кофе как-нибудь в другой раз. Я не за этим сюда приехал.
– Хм… – скрещиваю на груди, скептически оглядывая стоящего напротив мужчину, – тогда зачем?
– Хочу расставить все точки над “и”, но чтобы это сделать, мне нужна твоя помощь.
– Какая?
– Согласие на тест ДНК.
Неожиданно смеюсь.
– Я сказал что-то смешное? – удивляется Сергей.
– Простите, я не с вас смеюсь, – в ответ мужчина бубнит “надеюсь” и тогда я принимаю серьёзный вид, – просто забавно получается. Я всего лишь хотела увидеть вас, а вы хотите расставить все точки над “и”. Зачем? Что вам это даст? Как я поняла, вы очень занятой человек и мне бы не хотелось отнимать ваше драгоценное время.
– Наташа, – Сергей произносит моё имя нарочито строго, – опустим нашу первую встречу. Представьте, что её просто не было.
– Не получается, – пожимаю плечами. – И вы всё ещё не ответили на мой вопрос. Зачем вы хотите сделать тест ДНК на отцовство? А вдруг я действительно окажусь вашей дочерью. Вы сможете с этим жить?
– Я надеюсь, что ты ею окажешься, Наташа, – вдруг переходит на “ты” и мне становится не по себе от странных огоньков, пляшущих в глазах этого пожилого мужчины в деловом костюме, стоимостью как моя машина.
– У меня нет детей, к сожалению. А ты… В тебе что-то есть.
Глава 27
В “Амаксе” меня накрывает мощным потоком дежавю. И хоть сегодня встреча с Сергеем, точнее, отцом, выглядит более дружелюбной, чем в прошлый раз, я всё равно вся на нервах, дёргаясь как на иголках каждую минуту.
– За нас, – отсалютовав фужером с игристым напитком, отец смотрит на меня пристальным взглядом; уголки его губ подрагивают в кривоватой улыбке, а в глазах плещется надежда.
А мне сказать нечего. Я лишь молча киваю ему в ответ и подношу ко рту фужер, чтобы осушить его наполовину одним большим глотком.
– Я очень рад, что ты оказалась моей дочерью, – как бы между прочим говорит отец, разрезая ножом сочный стейк прожарки “медиум”. – Ты не рада этому, Наташа?
С того дня, как стали известны результаты ДНК, мы с Сергеем ни разу не говорили о том, что чувствуем.
