Разумеется, они стоят дешевле. Но! – тут Даня поднял указательный палец и еще раз оглянулся в поисках Митьки, который по-прежнему не проявлял к разговору взрослых никакого интереса. – Дело в том, что твой камень не совсем обычный, Лен.
– Ну, это я и сама вижу, – засмеялась она. – Во-первых, я вытащила его из тайника в старинной печке, во-вторых, он огромный и тяжелый, в-третьих, я могу отличить золото от краски и понимаю, что эмаль на кулоне настоящая. И, наконец, я достаточно долго знакома сначала с твоим отцом, а потом с тобой, чтобы понимать: передо мной не просто кулон, а настоящее произведение искусства.
– Лена, – Данин голос вдруг упал до шепота, и ей пришлось наклониться к нему, чтобы расслышать, – у меня есть все основания полагать, что это не просто произведение искусства, а историческая реликвия. Видишь ли, все ювелирные манипуляции с камнем заняли у меня не больше часа, а все остальное время я провел за изучением исторических документов.
– Каких документов? – не поняла Лена.
– Ты же не мог ночью в архив съездить.
– Ну, что ты как маленькая? В Интернете есть все, особенно, когда знаешь, где и что искать. Так вот, я нашел одну довольно старую монографию, точнее, что-то типа детективного отчета, выпущенного еще до революции, в котором рассказывается история происхождения и исчезновения знаменитого рубина Цезаря. Он был подарен императору Клеопатрой, потом прошел долгий путь, переходя от тамплиеров к иезуитам, из Франции в Германию, оттуда в Швецию и так далее.
В 1777 году камень был подарен шведским королем Екатерине Второй, а спустя три года она якобы потеряла его на одном из питерских балов. По крайней мере, с тех пор камень больше никто никогда не видел. Удивительно, но в России о нем особо никто и не вспоминал, его исчезновение держалось в строгом секрете, однако автор отчета утверждал, что следы пропавшего камня вели именно в наш город.
Лена слушала, затаив дыхание.
– В наш город? – дрогнувшим голосом переспросила она.
– Да. Правда, здесь они терялись уже навсегда. Дело в том, что в 1825 году скончался бывший губернский воинский начальник, генерал-майор Александр Францевич Штольцен. Он сильно болел, его смерть не была внезапной, но, когда жена нашла его мертвым, в руках он держал лист бумаги, на котором были написаны всего два слова. Догадываешься, какие?
Лена, которую била крупная дрожь, покачала головой."
"– «Рубин Цезаря».
