Босс очень умный, он знает, если на человека жизненные невзгоды упали, а именно огонь и вода, то многие с ними справятся. А вот если слава и почет обрушились, начальником стал, медные трубы услышал… Мало кто нормальным остается, усвоив, что возвеличен. У тебя не получилось, занесло тебя.
– Недолго ты комиссарствовал, – подхватил Эпохов, – но раз уж так просишь, оставлю тебе одну привилегию, чтобы падение с вершины подсластить.
– Спасибо, – обрадовался Леня. – Можно в чулан не переселяться?"
"– Не о комнате говорю, – пояснил профессор, – жить тебе отныне в мансарде.
И не о работе, завтра поступишь в распоряжение Полины. Ей дояр нужен.
– Кто? – подпрыгнул низложенный начальник.
– Коровий сиськодергатель, – заржал Вадим. – Класс! У тебя получится. Прикольно!
Лика поморщилась, Павел крякнул, Полина вздохнула.
– Впрочем, я передумал, – продолжил тюремщик, – дояром станет Вадим.
– Я? – ужаснулся Гуськов. – Ненавижу грязных животных.
– Мои коровы чистые, – рассердилась Полина, – я слежу за ними, как за детьми!
– Не хочу на ферму, – запаниковал модельер, – только не туда.
– Мальчики, – вступил в разговор Гарри, – экие вы глупцы, неужто не помните, о чем вас сразу по прибытии в Волчью пасть предупредили? Как Борис Валентинович велит, так и будет. Не усугубляйте свое и без того сложное положение.
– Заткнись, убогий! – огрызнулся Деревянко.
Старик замолчал и отступил в глубь коридора.
– Не хочу доить коров, – стонал Вадим, – ненавижу их!
– В другой раз не смейтесь над чужой работой, – посоветовала Нинель Павловна.
– Вас, дружок, проучили, потому что вы обозвали Леню сиськодергателем. Правильно я суть акции поняла, Борис Валентинович? Вы хотите воспитать из Гуськова, преступника и лентяя, хорошего, трудолюбивого человека?
– Отстань со своим занудством, – отмахнулся от нее Деревянко, – поважней дела есть, чем тебя слушать. Какую привилегию мне оставят?
– Если у человека есть мечта, она должна исполниться, – без тени улыбки ответил тюремщик. – Ты пожелал есть одну черную икру? Так тому и быть, лакомись ею без ограничений, даже лишившись комиссарского звания.
Глава 22
– Где вход в катакомбы? – спросил Якунин, когда остальные члены группы и прислуга ушли.
– Я говорил, в прачечной, – мрачно повторил Борис.
– Значит, есть второй, о котором вы не знаете, – пробурчал эксперт, – он тут, в коридоре.
Эпохов сжал губы.
– Маловероятно. Я хорошо знаю свой дом. Через особняк попасть в лабиринт невозможно.
