Неужели об этом знает весь Лондон?
Неужели она последняя, кто об этом узнал? Последняя, кому сказали, потому что семья хотела использовать ее, чтобы все исправить? При этой мысли снова вспыхнуло раздражение.
А незваный гость продолжал:
– И вы, Фелисити Фэрклот[2], девушка, чье имя непременно должно быть в книге сказок.
Она метнула на него сердитый взгляд.
– Меня так сильно интересует ваше мнение о наших именах!
Он не обратил внимания на этот резкий отпор.
– Принцесса из сказки, запертая в башне, отчаянно мечтает стать частью мира, загнавшего ее туда… мечтает быть принятой им.
Все в этом человеке нервировало, было странным и смутно бесившим.
– Вы мне не нравитесь.
– Нет, вам не нравится правда, маленькая вы врушка. Вам не нравится, что я вижу ваше глупое желание – добиться фальшивой дружбы от сборища манерных, надушенных аристократов, не понимающих, какая вы на самом деле.
Ей бы следовало на него злиться – он находился слишком близко, хоть его и скрывала тьма. И все-таки…
– И какая же я?
– Вдвое лучше, чем те шестеро.
Его ответ вызвал у нее легкий прилив удовольствия, и она почти позволила себе поверить этому мужчине, который (выпей она чуть больше шампанского, ее бы запросто в этом убедили) словно был создан из магии.
Но вместо этого Фелисити покачала головой и приняла надменный вид.
– Будь я принцессой, сэр, вас бы тут не было. – Она направилась к стене, снова собираясь дернуть за шнур.
– Разве не это всем особенно нравится? То место, где принцессу спасают из башни?
Фелисити оглянулась.
– Спасать должен принц. А не… кем бы вы ни были. – И потянулась к шнуру.
Он произнес прежде, чем она успела за него дернуть:
– А кто мотылек?"
"Охваченная стыдом девушка резко повернулась к нему лицом.
– Что?
– Вы хотели быть пламенем, принцесса. А кто мотылек?
Щеки ее запылали. Она ни слова не сказала про мотыльков! Откуда он вообще знает, что она имела в виду?
– Вам не следовало подслушивать.
– Мне не следует находиться и в вашей темной спальне, милая, однако я тут.
Фелисити прищурилась.
– Надо полагать, вы не из тех людей, которые обращают внимание на правила.
– А вы заметили хоть раз на протяжении нашего знакомства, чтобы я им следовал?
Девушка почувствовала раздражение.
– Да кто вы такой? Почему притаились возле Марвик-Хауса, как какой-нибудь бесчестный… шпион?
Он ничуть не взволновался.
– Значит, я притаившийся шпион?
Похоже, этот человек, как и все в Лондоне, знал больше, чем она. Он знал все о полях сражений и умел вести войну.
