— Уровень не так уж и важен, но обязательно в дальнем внутреннем помещении, — произнес я.
Жрец промолчал, подтвердив тем самым мое предположение.
— Наверняка там стоят ритуальные сосуды, — продолжил я. — Если бы кто-нибудь отнес туда еще один небольшой сосуд и, когда там соберутся заговорщики, поджег фитиль в нем, я бы такого человека назначил верховным жрецом храма Нанше.
— А что будет в этом кувшине? — спросил Эмеша.
— Разные предметы с заклинаниями, которые призовут на эту встречу богов и попросят их изъявить свою волю, — ответил я.
— Так что подумай и, если решишь, что достоин большего, чем прислуживать выжившему из ума старику, зайди во дворец и забери дар храму. Лучше это сделать перед самой их встречей, чтобы сосуд не привлек внимание.
Первый раз я увидел селитру в Уре в лавке, торгующей лекарствами. Это была калийная или, как ее назвали англичане, индийская, потому что возили ее из Индии для изготовления в Англии пороха. Как мне сказал продавец, к нему селитра тоже попала морем, иноземные купцы привезли.
Я купил всю, что была в Уре и Лагаше, а в Кише и Умме просто забрал. Всего накопил килограмма полтора. Сера тоже входит во многие лечебные рецепты, а еще используется для окуривания храмов. Ее добывают из разных серосодержащих пород. Вкапывают в землю большой глиняный кувшин, на него ставят меньший с дыркой в днище, в который засыпают породу и нагревают. Сера легко плавится и стекает в нижний кувшин. С древесным углем, причем самым лучшим, ивовым, и вовсе не было проблем.
Ива — самое распространенное и дешевое дерево в Шумере, растет по берегам рек и каналов. Ее перерабатывают в древесный уголь и используют для приготовления пищи — запекания мяса и рыбы. Беднякам уголь не по карману, готовят на тростнике. Опыт изготовления пороха у меня богатый. Сделал хорошего качества. Отливать достаточно длинные бронзовые стволы из твердой оловянной бронзы пока не умели, поэтому собирался использовать порох для гранат, наполняя им рифленые цилиндры из обожженной глины с узким входным отверстием, какие были в ходу, начиная с позднего Средневековья.
Заговор жрецов подкинул мне другую идею использования пороха.
Кувшин был со стенками раза в два толще обычных. Перед обжигом стенки снаружи изрезали бороздами так, чтобы получились маленькие ромбы, а потом покрыли глазурью, сделав поверхность гладкой. Горлышко было широким, но таким толстостенным, что внутрь вело лишь узкое отверстие для фитиля.
