Они знают, что, если ты умрешь, я перевешаю всех жрецов, поэтому и не будут это делать.
Не уверен, что жрецы знали, что я с ними сделаю за попытку отравить, но Шешкалла рассказал другим рабам, а те своим знакомым — и послание достигло нужных ушей, судя по тому, что пока все живы.
Помня, что лучший способ защиты — нападение, я однажды как бы невзначай встретился со жрецом Эмешой, помощником Гунгунума. После неудачных переговоров с энси Уммы жрец в общении со мной подрастерял самоуверенность и презрение, но, судя по тому, как старался не встретиться со мной взглядом, вынашивает план мести и знает, что ждать этого осталось не долго.
— Верховным жрецам очень не понравились введенные мной перемены? — спросил я в лоб."
"— Мы привыкли починяться богам и их наместникам, а не обсуждать их действия, — покорно молвил он.
— Если бы ты честно сказал, что не понравились, я бы подумал, что ругать ругают, но не замышляют ничего опасного, — сказал я, улыбнувшись.
— Что опасное мы, поклявшиеся не брать в руки оружие, можем замышлять?! — почти с искренним удивлением воскликнул Эмеша.
— Умные люди никогда не делают грязную работу сами, для этого хватает дураков, — поделился я житейским опытом, после чего сменил тему разговора: — Почему такой умный человек до сих пор не верховный жрец?
За всю свою такую длиннющую жизнь не встречал человека, который бы не считал себя умным. Чем глупее человек, тем крепче уверен в обратном. Лишь изредка попадались те, кто считал, что есть еще один-два таких же умных, как он сам.
— Я слишком молод для такой должности, — ответил Эмеша.
— Встречал моложе и не из знатных семей, — возразил я.
На самом деле я таких не встречал, но и мой собеседник тоже не знает всех жрецов Шумера, поэтому не сможет опровергнуть.
— Такова воля богов, — привел он универсальный отмаз.
— На моей родине говорят: «На богов надейся, но и сам не плошай», — сказал я. — Если Гунгунум окажется втянутым в заговор против энси, его место станет свободным, и я буду решать, кто станет верховным жрецом храма Нанше.
— О каком заговоре ты говоришь?! — попробовал он изобразить удивление.
— Я думаю, заговорщики собираются в одном из помещений зиккурата на третьем уровне, куда мало кого пускают, втором или третьем от входа, чтобы даже случайно никто ничего не услышал, — предположил я.
— Гунгунуму тяжело подниматься по лестницам, он бывает на третьем уровне только во время главных праздников, — возразил Эмеша.
