Но и ждать всю ночь они не могли!
– Товарищ майор, вижу справа маленький сквер, за ним, кажется, станция метро, – сообщил лежащий впереди Корзун. – Здесь одна ветка, несколько перегонов вдоль Хафеля. Есть соображения?
Ракитин колебался. Больше всего он ненавидел выбирать из двух зол! Что в метро – неизвестно, но бег по тоннелю куда приятнее бега по городу с видом на снайперов и дьяволят из Гитлерюгенд!
– Товарищ майор, – добавил Корзун, – боеспособных подразделений в метро нет – они уже три дня как покинули подземелье.
Пробежимся, как по беговой дорожке.
Терзали сомнения, и все же он махнул рукой – ходу! Оперативники кинулись к углу здания, за которым находился чахлый сквер…
Глава десятая
Автоматы – под накидками, пальцы поглаживали спусковые крючки. Нервы натянулись до предела. Сначала шли быстро, чтобы проскочить опасный участок, потом сообразили, что не надо выделяться, сбавили ход.
Станция была как новая, только вход в нее частично завалило. В недрах даже работало электричество, что было удивительно, но, видимо, имело объяснение.
Функционировали лампы на потолке – далеко не каждая, многие моргали, но все же освещение, пусть и тусклое, имелось.
Подрагивал пол, в недрах подземелья еще не замерли генераторы. Здесь не было сквозняков, почти не проникал холод. На станцию «Штадтмитте» стекались люди со всех окрестных улиц. В большинстве это были мирные берлинцы. Наспех одетые, обмотанные какими-то шалями, покрывалами, они сидели и лежали вдоль стен. Людей было много, только в первом переходе их скопилось не меньше сотни.
Кто-то спал, кто-то пребывал в прострации. Худая девочка в забавном желтом берете теребила безучастную мамашу, жалобно просила еды. Соседи отворачивались, мама даже не слышала, что ей говорят. Люди здесь сидели не один день, все продукты, что взяли с собой, давно съели, боялись подняться на поверхность, обреченно ждали конца.
Военных было немного – с нашивками вермахта, и большинство – раненые. За ними ухаживали гражданские.
Белокурая девица с бледным лицом меняла молодому лейтенанту повязку на голове. Кровь запеклась, лекарств не было, голова офицера безжизненно свесилась.
– Бедняжки, – поцокал языком Вобликов. – Самый незащищенный слой населения, так его… А на что они рассчитывали? Что мы придем и всех по головкам начнем гладить?
– Осторожнее давайте, – предупредил Ракитин. – Поди пойми, что у этих «незащищенных» в головах. Всякие тут есть, и оружие могут припрятать.
